Но нет доктор Хоффман убил меня сейчас предположением, или точным попаданием в цель, что наши с малышом Филлом родители были истинными.
Обретение истинной пары священно. Никто не может стоять между истинными, это уголовно наказуемо. А тут такое… Дьявол!
После выданной информации я даже не знала, как реагировать. Всего так много, все эмоции просто на грани. Что со мной? Показалось, что огонь вот-вот снова вспыхнет. Не думать об этом, не думать об этом, не думать.
Спустя пару минут отпустило.
Я прижала к себе пальто, села на первую попавшуюся поверхность и просто закрыла глаза. Марго, тебе срочно нужно что-то вроде йоги. Или хочешь сжечь всё, что возможно и невозможно? Мысли об этом ушли на второй план, на первом прочно обосновался мой маленький Филл. Моё чудо, которое, возможно, скоро сможет вылечиться.
Мыслями я уже была на том самом обрыве, возле которого меня как-то поймал Штейн. Стоило только сделать шаг вперёд. Фантазия уносила меня в далёкие-далёкие дали.
Когда-то давно, ещё в детстве, я видела, как Эрген обращается в потрясающего ящера. Его чешуя всегда блестела на солнце, а, когда ночи были особенно яркими и луна светила так, что можно было гулять без страха, я просто восхищённо наблюдала за ним. Наблюдала и завидовала. Вот такая завистливая, в какой-то мере ненавидящая своего брата сестра. Так хотелось подняться над всем этим миром, почувствовать лёгкое дуновение ветра и то, как огромные крылья рассекают облака.
Не крылья Эргена или какого-нибудь другого дракона. Мои собственные! Каждый раз, когда думала о том, как они будут появляться из спины, я думала и о чувствах. Наверное, это безумно приятно. Ты становишься больше, обретаешь возможность летать и чувствовать бесконечную свободу.
И вот так, держа Филиппа за руку, я буду стоять на том обрыве. Потом, наконец-то насмотревшись на мир с высоты, мы начнём обращаться. Мой братишка, тогда подросток-дракон отрастит огромные крылья, станет больше и наконец-то оттолкнётся от земли, почувствует ветер.
Для него солнце будет светить особенно ярко, а в белых бликах луны его чешуя будет играть даже лучше, чем чешуя Эргена. Интересно, каким драконом он станет? А каким буду я? Что значит «летать»? Все драконы, даже такие бастарды как я всё равно созданы для неба, в нас живёт жажда полётов, без них нам становится тоскливо.
