Парад теней

 — Хочу спать одетой!

— Тогда спи, — поймал ее на пьяном слове Сырцов, потрепал по щеке (она щекой попыталась придержать эту ладонь, не удалось), отошел к двери и пригласил:

— Пойдемте, Константин.

— Пойдемте, — согласился тот. — Но куда?

— К роялю, — уточнил Сырцов.

— И то хорошо, что не к барьеру, — заметил Ларцев.

Прихватив по пути чистые стаканы, Сырцов сдвинул использованные к стене. Стаканы беззвучно заскользили по зеркальному черному полю. Разлил:

— Что же, приступим к музицированию.

— Я за рулем.

— И я за рулем.

— Я отсюда прямо на базу. А тут недалеко, — размышлял вслух Константин. — И можно местными дорогами.

— А я у Деда заночую.

— Тогда о чем мы, собственно, говорим? — удивился Константин, поднял стакан и признался: — Георгий, мне надоело выкать.

— На ""ты"", — все понял Сырцов и чокнулся с ним. — Будь здоров, Костя.

— И ты будь здоров. — Выпили. Передохнув, Константин заговорил о главном: — Дашка-то сегодня веселая.

— Она пьяная, Костя.

— Когда она по-настоящему пьяна, она грустная, Жора. Господи, хоть бы она в тебя влюбилась!

— Это зачем же? — испугался Сырцов.

— Чтобы не сойти с ума от одиночества.

— А ты на что?

— Нет человека более близкого и более далекого, чем бывший муж или бывшая жена. Он может прибежать, чтобы помочь тебе подняться, но он не может идт и с тобой рядом, потому что его дорога в другую сторону.

— Мудрено.

— Ты ей очень нравишься, Жора. Уж поверь мне.

— Допустим, поверил.

— А дальше — как сложится, — решил Константин и разлил по второй.

— Никак не сложится, — махнул рукой Сырцов. — За Дарью, чтоб ей было хорошо.

— Зачем звал? — жуя печенье, невнятно спросил Константин. — Не выпить же?

— И выпить.

— А еще зачем?

— У меня две руки, Костя. И мне их не хватает. Ты можешь мне помочь?

— Это смотря как.

— Обыкновенно. Я скажу, что надо делать, а ты исполнишь.

— А в чем, собственно, заключается твое дело?

— Есть такая пословица: хуже нет, чем ждать да догонять.

— А я что должен делать: ждать мне или догонять? Чего ждать и кого догонять?

— Догонять, Костя. А кого — я укажу.

13"

"В их близости она была сверху и, вдохновенно трудясь над ним, опускалась, нежно принимая его в себя, не до конца — так, чтобы его наслаждение было абсолютно чистым, не нарушаемым толчками тяжелых ее ягодиц.