Парад теней

— Не опасаюсь, — беспечно и уверенно ответила она."

"— И зря, — предупредил знавший себя, а потому и мужиков вообще, умный Казарян.

— Он уже мало что может, Рома, — пооткровенничала Наталья.

— В этой ситуации важна она, а не он. Если она очень захочет, то он сможет. Или, в крайнем случае, будет самодовольно считать, что смог.

— Ты, я думаю, приехал не для того, чтобы обсуждать сексуальную потенцию моего мужа. Что тебе от нас надо, Рома?

— Получить кое-какую информацию от Юрика, — откровенно признался Казарян.

— Какую информацию?

— Самую пустяковую, крошка.

— И для получения пустяковой информации ты издали показал Юрику внушительную дубину. Ты на что намекал, Рома?

— Я ни на что не намекал, дорогая. Я просто очень боялся, что вы откажетесь — вон вы теперь какие, и рукой не достанешь! — меня принять, и для упрощения дела слегка погрозил пальцем впечатлительному Юрику. Пальцем, заметь, а не дубинкой!

— Не только Юрию, но и мне. Что бы это значило, Рома?

— Говенная ты хозяйка, Ната, — дал понять, что ему надоел допрос, Казарян.

— Извини. Виновата, исправлюсь. — Наталья кинула в два длинных, как ее ноги, стакана пару льдышек и из тяжелой бутылки налила в них многолетнего виски. Подняла свой и, издеваясь (над ним, над собой — неизвестно), провозгласила: — За твой визит, принесший в этот дом радость!

— Радость безмерная, нет ее причины! — голосом Робертино Лоретти пропел Казарян, выпил и уже речитативом продолжил музыкальную тему: — Ты, говорят, запела, Ната?

— Слишком громко сказано, — тайно гордясь, произнесла она.

Он помнил, как она пела. Очень громко, но противно. Казарян пытался с нею лейтмотивную песню писать для первого ее фильма, но пришлось отказаться. В результате она только рот под фонограмму раскрывала.

— И раскручивает тебя мудак Олег Радаев, в связи с чем Юрику сегодня приходится свидетельствовать ему свое почтение, — догадался Казарян.

— Олег по-дружески помогает мне. И только.

— И только! — поиронизировал Казарян. — Ладно, теперь о другом. У нас ведь сугубо светская беседа? Покажи-ка мне апартаменты Юрика. Или он тебя к себе не пускает?

— Ох, Ромка, Ромка! Хитрости твои восточные — напросвет. Картины посмотреть хочешь, да?

— Я о его коллекции много слышал, но ни разу не видел.