Парад теней

Светлана, замерев в лепных дверях, приветливо поздоровалась:

— Здравствуйте, Кирилл Евгеньевич, здравствуйте, Георгий Петрович.

— Вы знакомы с Георгием Петровичем? — заинтересовался Кирилл Евгеньевич. (Как ей не быть знакомой, коли вышеупомянутый Георгий Петрович навестил ее пару дней тому назад и ласково, но обстоятельно допросил.)

Сырцов, увидев растерянные Светланины глаза, поспешил на выручку:

— Я же вас дважды навещал, Кирилл Евгеньевич, и каждый раз общался с очаровательным вашим секретарем, — и доброжелательно поздоровался с девушкой.

— Света, мы в Данин зал, а вы, будьте добры, приготовьте все, чтобы упаковать картину размером метр двадцать на девяносто, — распорядился Горбатов.

— Георгий Петрович что-то купил? — спросила Светлана и улыбнулась Сырцову.

— Из Даниного зала ничего не продается, — сурово напомнил Горбатов. Подарок Георгию Петровичу. От меня лично.

— ""Двойной портрет в красном""? — уже по размеру картины догадалась Светлана.

— Да, — нервно подтвердил Горбатов.

По пути Кирилл Евгеньевич захватил из соседнего зала привратницкий стул, на ходу объяснив:

— Один стул в том зале есть. Я каждый день после закрытия прихожу, сажусь и смотрю, смотрю… А сегодня посидим вдвоем, да?

Так и сделали. Уселись посреди зала и долго рассматривали странные эти картины. Первым, да и то исключительно из вежливости, отвлекся Горбатов:

— Вы о чем-то хотели говорить со мной, Георгий Петрович.

— Да, — подтвердил Сырцов и встал.

— Вам трудно начать этот разговор? — в обвальном ощущении надвигавшейся катастрофы понял Горбатов.

— Да, — в третий раз произнес Сырцов. — Я мучительно думал, следует ли вам говорить то, что я вам сейчас скажу, или оставить вас в безмятежном неведении. Я не знаю, имею ли право разрушать вашу благополучную жизнь…

— Да говорите же! — перебив криком, взмолился Кирилл Евгеньевич.

Тогда Сырцов без подготовки произвел залп из всех орудий:

— Пистолет «ТТ», который, в сущности, и стал причиной смерти Дани, был передан вашему брату Галиной Васильевной Праховой.

— Я не совсем понял вас… — проблеял, чтобы что-то сказать, раздавленный Кирилл Евгеньевич.

Выложив главное, Сырцов успокоился. Назад теперь не вернешься.

— Тогда по порядку. — Он присел на стул и положил ладонь на кисть горбатовской руки, вцепившейся в колено Кирилла Евгеньевича.