Первое сентября уже маячило на горизонте, а я всё никак не могла определить, что творится в голове у парня и какова степень его обучаемости. Смышлёный — бесспорно, но насколько Юлька ранее озадачивалась его учёбой было непонятно. И даже личное дело с пометкой об окончании первого класса не вселяло в меня особых надежд.
На помощь, как обычно, пришёл интернет с его широким спектром спроса и предложений на различные услуги. Сдав Пашу на поруки нейропсихологу и клятвенно пообещав забрать его обратно через пару часов, я отправилась на соседнюю улицу, где по счастливой случайности располагалась крупная частная клиника, выбранная мною благодаря тем же отзывам в сети.
— Ну что ж, — почесав затылок, заключил седовласый врач, рассматривая снимок моей грудной клетки, — результаты впечатляют.
— Всё хорошо? — переспросила с небольшим налётом кокетства, уже предчувствуя ответ. За последний месяц моё тело окрепло настолько, что я уже практически не вспоминала о том, как горело всё внутри меня, когда ребро повредило лёгкое.
Пашка, чувство собственной значимости и великий батюшка Байкал словно напитали меня энергией и силой.
— Не вижу причин для беспокойства, — извернулся доктор от прямого ответа, — но поберечь себя нужно. Особенно зимой, вам сейчас как никогда нужно избегать заболеваний органов дыхания, поэтому остерегайтесь сквозняков и влажности."
"В голове тут же всплыло родное временное убежище, которое, видимо, было легче сжечь, чем избавить его от сквозняков.
— И держать ноги в тепле? — пошутила я.
— Держать, — на полном серьёзе отозвался он.
Из клиники я выходила озадаченной. Что однажды мне придётся уехать из посёлка, было более чем очевидно. Да и последние жизненные планы в принципе никак не вязались с сельской жизнью. Но уезжать оттуда именно сейчас совсем не хотелось, причины были размытые, но интуиция подсказывала, что я ещё не всё выжала из здешних мест. И дело было даже не в Пашке… А в чём именно, сформулировать никак не удавалось.
Перспектива зимовать на берегу Байкала меня прельщала мало, особенно если учитывать мои жилищные условия. Да и доктор, как говорится, не велел. Правда, всё это было слишком разумно для меня. Моё же безумие требовало чего-то помимо…
Кто бы мог подумать, что однажды я дойду до критической точки своей глупости, однажды заказав целый грузовик дров, сидя в детском центре и ожидая, когда мне вернут Паху.
