Он непринужденно стоял на ветке, чуть придерживаясь за ствол, будто под нами не было семи метров высоты и чудовища, желавшего закинуться парой человеческих тел, а точнее их частей.
- Повезло нам с тварью, - добавил он.
- Еще бы, - не могла не согласиться."
"Несмотря на то, что таурус любил вспарывать жертве живот и лакомиться внутренностями, нам действительно повезло. Он все-таки имел неоспоримое для нас в данный момент достоинство – совершенно не умел забираться на высоту, будь то дерево или скала.
Я аккуратно наклонилась, чтобы рассмотреть чудовище.
Это была тварь на четырех лапах. На передних виднелось по одному длинному когтю, а на задних по пять. Тощее туловище вытянутой формы, нервно подрагивающий тонкий длинный хвост, которым тварь могла удерживать жертву, пока вспарывает брюхо острым рогом, торчащим прямо из середины нёба. С широкого языка капает слизь. Из лекций я помнила, что это слюна, которая начинает обильно выделяться во время охоты, чтобы потом ускорить переваривание пищи.
Дрейк тем временем убрал короткий кинжал в ножны на бедре.
- Что мы будем делать? – старалась, чтобы в голосе не слышалось дрожи, спросила и прикусила язык.
Действие заклинания, изменяющего голос, начало спадать. Он стал более тонким, но пока еще не женским. Понадеялась, что парень спишет это на мою панику, я ведь юнец неопытный, первокурсник как-никак.
- Будем выбираться, - мрачно изрек маг, взглянув на меня чуть пристальней.
Я отвела взгляд и трубно прокашлялась. Как же не вовремя! И обновить заклинание сейчас не могу.
Вот так попала…
Еще пару секунд поглазев на мое невозмутимое лицо, которое я постаралась изобразить, Дрейк начал расстегивать защитный жилет, а затем и рубаху. Я завороженно следила за длинными пальцами. Ворот рубахи распахнулся до самой груди, и моим глазам предстала полоска загорелой кожи с частью развитых грудных мускулов. Вот это да. А так и не скажешь.
Подняла глаза выше, на кадык, волевой подбородок, напряженно сжатые губы. Пока он искал непонятно что, я успела осмотреть точеные скулы, высокий лоб, углядела длинные и густые ресницы.
Надо признать, когда он не сжимал презрительно губы и не строил из себя придурка, был весьма привлекателен. Впечатление чуть портил нос, горбинка на котором говорила о старом переломе.
- Малой, ты, случаем, не спец по мужикам? Чего уставился на меня, как на бабу в Красном доме? – грубый голос заставил вздрогнуть.
Щеки заалели, а я энергично помотала головой, ибо ответить своим голосом не могла.
