И тут еще подпись – Амир де Коул.
По мере чтения мои глаза расширялись, поэтому к окончанию цитаты по размеру могли поспорить с блюдцами.
- А? – только и смогла тупо произнести, и тут же вздрогнула от зверского хохота, раздавшегося сбоку.
***
Ректор поморщился, но промолчал. Ему было ясно, что все написанное – бред сивой кобылы, однако должность не позволяла оставить донесение без разбирательства.
- Вот именно поэтому я и пригласил адепта Брайдса. Не из-за смеха, разумеется, а в качестве свидетеля. Итак, Дрейк, что скажешь? – ректор как-то легко перешел на «ты».
- Что рассказывать? – отсмеявшись, зевнул парень, так и не взглянув на руководителя. – Некоторые адепты чересчур усиленно занимаются физподготовкой, мало тактикой и стратегией, но много жрут. В результате они не способны просчитать траекторию движения собственного чрезмерно раздавшегося тела, что приводит к столкновению с такими вот субтильными дрищами, как ти Кано.
Ректор страдальчески закатил глаза, но в момент вернул на лицо строгое выражение.
- А попроще и без оскорблений нельзя, Брайдс?
Дрейк, наконец, выпрямился и сел нормально, затем сказал на удивление серьезным тоном:
- А проще – я оказался на месте происшествия в тот момент, когда мальчишку толкнули так, что он упал под ноги толпе адептов пятого курса. Тот самый де Коул, который много жр… ест, банально споткнулся о ти Кано, пропахав носом землю. Хотя, сомневаюсь, что это привело к перелому.
- Да нет, перелом был, лекари подтвердили.
- Тьфу, он даже залечить себя не способен, слабак! И стукач к тому же.
Я вообще-то была согласна с мнением Брайдса. Мне показалось, что ректор тоже. Он задумчиво помолчал, затем отлип от стола и отошел к окну.
- Значит, так. Ти Кано у нас некромант, а это дар, который встречается все реже. Разбрасываться будущими ценными кадрами я не могу. Парня в академии явно травят. Поэтому, чтобы обеспечить ему стабильную учебу я отдаю его под твое наблюдение. Задача ясна, адепт Брайдс?
- Астор, какого беса?!
- Молчать! – холодный негромкий окрик был наполнен такой энергетикой подчинения, что меня проняло до костей.
– Я тебя выпустил из одиночки на семь дней раньше положенного с условием, что ты отработаешь прошлый проступок иным образом. Вот это он и есть.
За словами об одиночке почудилась иная подоплека. Не сидел Брайдс в карцере, оттуда не выходят такими… бодрыми.
Я взглянула на некроманта. Губы сжаты в тонкую линию, челюсти напряжены. Я начала опасаться, как бы он зубы не стер в порошок.
