— И что же он делает?
— А ты с ним уже переспала? — вдруг спросила она.
— Какая тебе разница? — свела я брови вместе.
Встала и стала собирать свои вещи. Нет уж, это слушать я не намерена и не обязана!
— Да погоди ты, — ухватила она меня за руку и усадила обратно. — Я не из праздного любопытства спросила. Просто так… тебе будет больнее узнать.
— Узнать что? — потребовала я. — Мне уже надоели эти хождения вокруг да около. Что ты пытаешься сказать?
— Что Мир на тебя поспорил, — ответила она, и меня словно оглушили битой.
Всё словно поплыло перед глазами, пульс разогнался за секунды и стал реветь в ушах с огромной силой, в ушные раковины словно налили воды.
— Как понять? — спросила я, подняв глаза на неё.
— Ну, так, — пожала она плечами. — Ещё в самом начале, когда ты постоянно с ним грызлась, над ним всё Борька потешался. А он сказал, что будешь у его ног ползать, ноги раздвигать и сосать по щелчку пальцев.
Я молчала, нервно комкая салфетку в руках.
Это может быть правдой? Понятия не имею. Знаю только, что очень болит в груди.
— Диан, я сама слышала. Надеялась просто, что ты сама должна понять всё, ну и… быть наказанной за то, что увела его у меня. Не веришь — у Борьки спроси. Или у своего ненаглядного. Он всегда тем ещё козлищем был. Неудивительно, что у них с Борькой ставки на баб были.
— И сколько стоила я? — спросила тусклым голосом.
Ноздри раздувались от частого дыхания, грудь нервно вздымалась вверх. В голове просто не укладывалось — как можно играть на людей?
— Нисколько, — ответила Татьяна.
— Там был принцип. Получается, Мир выиграл?
— Да! — ответила я, размазывая слёзы по лицу и вставая с места. — Они скоты, и ты, Таня, сука! Молчала ведь!
— Ну так и ты гадина та еще! — Отбрила Ежова, откинувшись на спинку стула с чувством выполненного долга и триумфом на лице. — Увела его у меня. А я хотела, чтобы ты страдала, как я тогда. Потрахалась с ним уже? Девственность свою ему подарила? Ай-ай, как опрометчиво! Видела же, с кем связываешься. Это мы с ним одного поля ягодки, а ты… Такие как ты — всегда наши жертвы и игрушки.
Жаль, жаль…
— Да пошли вы все! — Выплюнула я ей в лицо, схватила свою сумку и ринулась из столовой.
Я не должна так просто верить на слово ей.
Да, больно слушать.
Да, похоже на правду.
Очень похоже.
Но мне нужно проверить.
Я добежала до его аудитории и постучала. Потянула дверь на себя. В аудитории стоял галдёж пары на границе с переменой.
— Мир, — позвала я и он обернулся. — Выйди, пожалуйста, на пару слов.
