Пари на новенькую

И совсем не отталкиваю Огнева, когда он меня обнимает. Утешает, прижимая мою голову к своей сильной груди.

– Ну, хватит, – просит, а не требует. – Хватит плакать, прекрати.

Я очень хочу прекратить, но не могу, стоит подумать о том, через что я прошла.

– Зачем ты пришел? – хнычу. – Зачем? Пари выиграно, все в прошлом.

– Не было никакого пари, – говорит со злостью и зажимает мое лицо в своих руках. – Ты слышишь? Нет никакого пари. Я не участвовал. Я не знал. В любом случае все в прошлом. Я уже сказал, почему здесь, но повторю еще раз – я люблю тебя.

И не уйду никуда, конечно же. Не уйду. Ты меня слышишь, Аня? Будешь гнать – не уйду."

"Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мне удалось начать рационально мыслить. Ну, как – рационально. Учитывая, что я сбегаю вместе с Огневым из школы, оставив там даже рюкзак, мыслю я как раз-таки нерационально, но мне так хочется верить, что у нас все получится. Так хочется верить, что Кирилл не врет, что действительно любит.

Эпилог

Кирилл

– Ты собираешься возвращаться? – спрашивает отец, стоит мне взять трубку.

Признаться, его звонка я ждал в последнюю очередь.

– И тебе здравствуй, – отвечаю.

– Ты на вопрос отвечай, – бросает раздраженно.

– Нет, – коротко и холодно.

Я ушел из дома два года назад, тогда же и перешел в другую школу, поближе к Ане. Так как Борис не взял ни копейки из тех денег, что я собирал ему за украденное, мне удалось снять квартиру неподалеку от университета, и теперь мы вместе с Аней там живем. С разрешения ее мамы, хотя поначалу она категорически отказывалась соглашаться.

Почему-то я не внушал ей доверия.

– Я готов простить твою выходку и жду тебя домой.

Отвечать не считаю нужным. Отключаюсь и мотаю головой. Отец готов меня простить. Проблема только в том, что меня ему как раз не за что прощать. Это я столько лет терпел его агрессию, это он периодически отправлял маму в клинику, хотя она в этом не нуждалась.

Сейчас моя мама живет отдельно и документально требует развода. Для отца это, конечно, удар.

Она столько лет терпела его загулы, была рядом, дарила свое внимание, а тут… мы ушли почти одновременно. Я не хотел оставлять маму, но там, за дверью дома, меня ждала девочка, которая в меня поверила, которая доказала мне, что я могу быть другим.

– Кто звонил? – она подходит ко мне неожиданно.

Обнимает со спины и, привстав на цыпочки, целует в плечо.

– Доброе утро, – говорю ей. – Ошиблись номером. Окно кому-то привезли.

Об отце мы с ней поговорили в самом начале.