Витражная арка отделяла их от общего зала, и делала эту часть Медлара вовсе уединённой. Михаил присел на стул, вслед за Уваровым, и мысленно приготовился к предстоящему разговору.
— Признаться, я был удивлён вашим звонком, — проговорил Пётр, когда они сделали заказ официанту и мужчина оставил их, отходя от стола.
— Отчего же? — Михаил отпил воды из бокала.
— Вы хотите выкупить проект у «Айкона»? Вас интересуют застройки в этом районе? — сосредоточенно поинтересовался Уваров.
— Моя компания не интересуется побережьем.
На данном этапе — нет, — Громов откинулся на высокую спинку стула, и привычно поправил галстук, — я желал встретиться с вами по личному вопросу, Пётр.
— Что же это? Признаться, я заинтригован, — Уваров так же прислонился к спинке своего стула, глядя на сидящего напротив мужчину.
— Я намерен говорить о вашей дочери.
— Я слушаю вас… — тень растерянности мелькнула на лице мужчины.
Михаил понял, что тот, скорее всего, понял его слова по-своему, что следующей фразой Пётр и подтвердил, явно сдерживая улыбку:
— Я не знал, что вы знакомы с Ритой.
Удивлён. Рад, но удивлён.
— К сожалению, не имел чести быть представленным Маргарите Петровне, — ответил ему Громов, видя недоумение своего будущего тестя.
— Как?.. — Пётр осёкся, ожидая, пока официант оставит на столе их заказ и вновь удалится, — вы не знакомы, так почему хотели говорить о моей дочери?
— Я намерен говорить о вашей младшей дочери, Пётр. О Наталье, — Михаил улыбнулся краешком губ, тщательно игнорируя замешательство на лице Уварова.
— По какой причине вы интересуетесь Ташей? — насторожился Пётр.
Неужели сын Громова и был тем, с кем встречалась его дочь? Чёрт… что надо Громову? Решил, что таким образом может перебить ему проект? Ведь, несомненно, врёт насчёт интересов своей компании! Так и есть… Думает, что Ташка на Алексея глаз положит, и их брак с Маревым не состоится, а значит, и сделке конец? Не получит он этот проект. Не получит!
— Так в чём же причина? — сухо поинтересовался Уваров, и сделал глоток вина из своего бокала.
— Беда в том, что я влюблён в Наталью Петровну, и намерен просить руки вашей дочери…
Вино едва не пошло у бедняги носом и, заходясь кашлем, Уваров схватил со стола салфетку, прикрывая рот. На глаза его навернулись слёзы, и мужчина просипел что-то нечленораздельное, глядя на сидящего напротив Михаила.
— Шутка не удалась… — прокашлялся в кулак Уваров.
— Было бы неуместно шутить в данной ситуации.
