— Извини, — сверкнула улыбкой девушка, при виде своего спасителя. Наконец-то вернулся! — всё дело в…
Она замялась, и Громов удивлённо приподнял брови, откатывая в сторону до верху заполненную пакетами тележку:
— В чём же?
Он присел рядом с девушкой, которая устроилась на скамье, теперь внимательно разглядывая её лицо. Наталья была похожа на мелкую преступницу, которую застали врасплох. Что успела натворить пока его не было? Нужно было взять с собой в торговый зал, но боялся, и не без причины что не позволит купить то, что он собирался.
Упрямая, да и смутилась бы раньше, чем успел оправдать свои действия.
— С некоторых пор я обзавелась весьма интересной работой, — важно поджала губы девушка, — так мой «начальник» имеет наглость сомневаться в успешности выполнения поставленной задачи!
— Каков негодяй… — повторил Михаил абсолютно идентичным с сыном голосом, и серьёзно покачал головой.
— Ещё какой… — только и оставалось, что вздохнуть в ответ.
Глава 12
Едва они вышли из торгового центра, как ей в лицо ударил порыв ледяного ветра, заставляя задержать дыхание, и сильнее натянуть шапку.
Михаил кивнул в сторону машины, приглашая Наталью идти, а сам покатил вперёд тележку. Снегопад всё усиливался, и девушке нестерпимо захотелось оказаться в уютном тёплом доме, подальше от непогоды.
Видя, что гостья совсем замёрзла, Громов велел ей забираться в салон, но она упрямо мотнула головой, и принялась помогать ему складывать в багажник разноцветные пакеты. Круглая коробка с тортом была водружена последней, и теперь девушку мучило любопытство, что же находилось под блестящей глянцевой крышкой.
Выходит, Михаил всё же купил его!
— Я ведь обещал, что у тебя будет торт, — Громов усмехнулся, следя за взглядом гостьи.
Он закрыл багажник, а затем повернулся к Наталье и бережно отряхнул её шапку и плечи.
— Садись в машину, замёрзнешь совсем.
— Ты тоже… — она стянула одну варежку, подняла руку и рискнула прикоснуться к волосам Михаила, убирая с них снег, — у тебя волосы мокрые. Разве можно ходить в такую погоду без шапки?
— Я не ношу шапок, Наташ, — голос его совсем не слушался, и в этот момент Громов даже забыл, что они стояли на студёном ветру.
— Даже в мороз? — возмутилась девушка, не замечая, что так и продолжала перебирать пряди его коротких волос.
Казалось, что в этот момент их накрыло неким невидимым куполом, отгораживая от белоснежной сверкающей непогоды.
— Даже в мороз, — его голос сделался тише, и ей пришлось приблизиться, чтобы расслышать слова.
