Они оба — здоровенные кони, не отягощенные моралью и здравым смыслом, а я одна. И вряд ли кто-то прибежит с верхних этажей, чтобы постоять за мою девичью честь.
— Ну так что? Останешься? — шаг в мою сторону, и я невольно отступаю. Пячусь до тех пор, пока не натыкаюсь спиной на один из тренажеров, — будет интересно.
— Не вижу ничего интересно в приставучем бабуине, — уперлась руками ему в грудь, потому что эта скотина явно не собиралась останавливаться и надвигалась на меня, как гора.
— Страшно? — зловещим шепотом спросил он, склоняясь ниже ко мне.
В этот момент я думала о том, как бы поудачней прицелиться и засадить ему коленкой между ног, и хватит ли мне времени сбежать, пока он будет разгибаться. Пересеклась взглядом с мрачным Захаром и поняла, что не хватит. Не будет у меня никакого времени.
— Ну так что? — спросил Марк.
— Что? — глупо переспросила, потому что стоило только посмотреть Меранову в глаза, как у меня снова случилось временное помутнение рассудка. Дыхание сбилось, мысли поплыли. — Извини, прослушала, что ты там мямлил.
— Ну ты даешь, Осипова! — почти восхищенно присвистнул он. — Хоть бы испугалась, что ли, для приличия. Всплакнула.
— Мечтай больше, — снова безуспешно попыталась оттолкнуть его, а бугай, наоборот, ухватил меня за талию и дернул к себе, так что впечаталась носом в грудь."
"— Чем больше ты дергаешься, тем меньше хочется отпускать, — произнес, задумчиво скользя взглядом по моему лицу. Такая смена настроения мне не понравилась. Меранов тоже смотрел, не отрываясь.
И злился. Краем глаза я видела, как сжимаются его кулаки.
— А девочка-то поплыла. Задышала.
Задышишь тут. Только вот Марк к этому не имел никакого отношения. Все дело в Меранове. Я кожей чувствовала его взгляд. Мне даже казалось, что я чую его запах, ощущаю, как гулко бьется сердце. Идиотка.
— Пусть проваливает, — раздался равнодушный голос Мерза, — я пришел тренироваться, а не смотреть на вот это вот все.
— С ней веселее, — Волшин продолжал меня удерживать, но хватка чуть ослабла.
— Пусть. Проваливает, — с нажимом, сквозь зубы.
— Как знаешь, приятель, — Марк демонстративно поднял руки вверх и отступил, а я, не теряя времени даром, проскочила у него под боком и бросилась наутек.
***
Я натянула сапоги прямо на спортивные леггинсы, накинула сверху куртку и, кое-как запихав свое барахло в рюкзак, ринулась прочь из раздевалки. За стенкой слышались голоса и смех парней. Я не могла разобрать ни слова, но подозревала, что разговор идет обо мне.
