Препод прочитал теоретическое введение, пробежался взглядом по таблице с экспериментальными данными, проверил расчеты, выводы и без лишних вопросов подписал работу. И мне, и Марку.
— Оса, я теперь все время с тобой в паре буду, — то ли пообещал, то ли пригрозил Волшин, — я еще ни разу первым лабу не сдавал!
— Да на хрен ты мне сдался… — проворчала я, запихивая тетради в сумку и мечтая поскорее уйти из лаборатории, потому что напротив нас сидел Меранов. И взгляд у него такой, что сваи запросто можно заколачивать!
***
Тренировка удалась на славу — я еле доползла до дома.
Ноги не гнулись, а непослушные пальцы не могли удержать даже пакет с обувью. Я огромным трудом переборола желание рухнуть поперек кровати и тут же захрапеть, словно пьяный дровосек. Вместо этого взяла халат, полотенце и поперлась в душ, ибо после тренировки аромат стоял как от молодой, хорошо поработавшей кобылицы. Только кружащихся мух не хватало.
К моей огромной радости, душевая оказалась свободной, не пришлось стоять в очереди и ждать, пока какая-нибудь цаца будет два часа брить свои ноги.
Я спокойно заперлась, повесила свое добро на покосившийся крючок, разделась и забралась под душ.
Надо же, даже вода сразу горячая пошла. Просто праздник какой-то!
Я позволила себе немного расслабиться, постоять под обжигающими потоками.
Тело дрожало от приятной усталости, в голове пусто. Ни одной мысли. Ни хорошей, ни плохой. И это такой кайф! Словами не передать! Я так устала от того, что голова постоянно занята проблемами: учеба, диплом, конфликты с группой.
Это выматывало, лишало покоя, сна и вообще всех прелестей жизни. К счастью, осталось совсем немного. Май уже на носу. Последний рывок — и свобода!
Я представила, как получаю диплом, показываю всем средний палец и, зажигательно пританцовывая, ухожу в закат, перевернув эту неудачную страницу своей жизни.
От таких сказочных перспектив настроение полезло наверх, и я незаметно для самой себя расползлась в счастливой улыбке. Все будет хорошо. Осталось чуть-чуть потерпеть.
Немного. Самую малость!
Бл***ь… Где мои вещи?!
Я вышла из душа, потянулась за полотенцем и обнаружила, что на крючке ничего нет. Ни полотенца, ни халата, ни грязной одежды. Вообще ничего! А входная дверь нагло приоткрыта.
— Вот су-у-у-уки, — протянула я, сжимая пальцами переносицу и пытаясь хоть как-то совладать с тем ураганом, что разрастался в груди.
Когда все это закончится? Когда они оставят меня в покое?
Мне нельзя мечтать, нельзя думать о хорошем.
