Пари (СИ)

Этому человеку и его чуйке, я доверяю на сто процентов — он верен делу, а не начальнику.

— Что за алгоритмы? — всматриваюсь в подсвеченную строку, одновременно отмахиваясь от назойливых мыслей о том, куда тот хмырь повез Викторию и чем они будут заниматься — сейчас, через час и ночью. Наваждение какое-то.

— Сейчас система соединена с базой на проходной, — объясняет Игорь, снова тыкая пальцами в какие-то алгоритмы и таблицы, которые для меня выглядят как китайская грамматика. — Система видит, когда включается компьютер сотрудника и делает запрос на проходную.

Если оттуда поступает сигнал, что сотрудник пришел и находится внутри здания — система фиксирует этот сигнал как «не подозрительный».

— И часто делаются такие запросы?

— Выборочно, без заданного заранее алгоритма, но примерно каждые пять-десять минут.

— И что не так на этот раз?

Перестаю думать о мужской лапе на Викиной талии и вспоминаю, что вообще-то она вышла мне навстречу на сорок минут после конца рабочего дня.

И я обязательно обратил бы на это внимание, если бы не обстоятельства нашей встречи. Я летел в офис в надежде ее увидеть, хотя знал, что это невозможно, потому что Вика точно не из тех, кто просидит в рабочем кабинете хотя бы еще одну минуту после «отбоя». Но она задержалась на сорок! И если бы меня так не триггернуло ее вид, а потом тот ушлепок с идиотским плюшевым зайцем — я бы точно отметил такую задержку.

— Дело в том, что сигнал о включении подал компьютер Зарицкой Валентины Григорьевны.

 — Игорь указывает на цифры чуть левее мигающей строки. — Но она ушла из офиса за тридцать две минуты до того, и никак не могла сделать это лично.

— И кто эта Валентина Григорьевна?

— Секретарь Виктории Николаевны, начальницы экономического отдела, — отчеканивает он, хотя ровно за секунду до того, как я это слышу, в моей голове формируется четкая и ясная как слеза младенца мысль, что этот сбой по любому как-то связан с Викой.

Твою мать.

Хорошо, что у меня пустые руки — наверняка согнул, сломал и раздавил бы все, чему не повезло оказаться в ладони.

Вика, Вика.

Тебе было мало предать меня. Мало продаться моему брату, а потом уломать меня потянуть время, чтобы помочь Марату выторговать лучшие условия сделки (если бы не болтливость Егорова — ситуация могла бы выйти из-под контроля). Ты решила заняться еще и промышленным шпионажем.