Лица Флинта и Мины ничего не выражали; оба молча потягивали пиво.
Внизу, под ними, глухо звучала музыка, то и дело доносились пьяноватые выкрики вперемешку с ненатурально задорными призывами диджея.
Когда вновь прибывшие офицеры вошли, Посейдон встал им навстречу:
– Прошу к столу.
Все обменялись рукопожатиями, после чего ненадолго воцарилось молчание. Новичков оценивали.
– Ну что, покрестим сразу? – обратился к «Сиренам» Посейдон.
– Только «Нельсон» не вариант, – сказал Флинт.
– Отныне вы «Сирены», – объявил новичкам Каретников.
– Надолго это или нет – не знаю. Но даже если и всего на пять минут, то вы ведете себя как «Сирены» и мыслите соответственно. У всех нас есть оперативные псевдонимы – не красоты ради, как понимаете. Я Посейдон. Это Мина, это Флинт, Торпеда, Магеллан. А если уж у нас есть Флинт, то как вы смотрите, товарищ Муромов, на то, чтобы побыть пиратом и впредь именоваться, скажем, Сильвером?
Долговязый и обманчиво нескладный Муромов усмехнулся:
– Сильвер был одноногий... Инвалид.
– Зато стоил десятка здоровых.
– Да какие могут быть возражения? Если группа решит... Сильвер так Сильвер. Мне нравится.
– Договорились, отлично. Ну а вы, товарищ Капельщикова, – как насчет Русалки? Или Нимфы?
– Я предпочла бы стать Медузой, – отозвалась товарищ Капелыцикова.
– Ради бога. А почему, если не секрет?
Вместо ответа лейтенант Капелыцикова перехватила взгляд Посейдона и уже больше не выпускала, пока тот не дернулся и не отвел глаза.
– Да, понимаю. Вы и в самом деле Медуза. Правда, скорее, не из водной стихии, а из античной мифологии.
"
"– Сирены, кстати, тоже существа сомнительные в смысле реального существования. Как, впрочем, и всемогущий Посейдон.
Флинт слегка улыбнулся – очевидно усомнившись, в свою очередь, в собственной реальности. У Мины на этот счет никаких сомнений не было.
– Хорошо. Добро пожаловать в отряд, Медуза и Сильвер. Вас ввели в курс дела, сообщили подробности?
– Никак нет, – новички ответили почти хором.
– Отставить официоз. Иначе на нем и засветитесь.
Все эти «никак нет» придется забыть на неопределенное время. Но это, конечно, не означает упразднения обычной дисциплины. В действительности она у нас даже жестче той, к которой вы привыкли. Но при этом мы – одна семья.
– Понятно, – не без некоторого усилия сказала Медуза, соскальзывая с запретного официоза.
– Тогда начинайте входить в курс дела прямо сейчас. Вместе с остальными... Итак, нам предстоит приятная командировка в прекрасный город Париж. Мечта идиота.
