– Тогда все просто, – он тяжело вздохнул. – Мы должны доставить эти чертовы бумаги, или диски, или что там еще – во что бы то ни стало! И если Моссаду взбредет в голову нам помешать, пусть рискнут...
– Здоровьем, – добавил Мина.
Посейдон остро взглянул на него.
Мина был хороший человек, но ему, к несчастью, кто-то привил пусть не яркий, зато сугубо животный, пещерный антисемитизм. А может быть, это у него вообще наследственное.
– Мина... – мягко сказал Посейдон.
– А я что?! Я ничего, – вскинулся тот.
– Мина, они имеют право брать этого немца и лезть в это дело.
И моральное, и юридическое, и генетическое, и историческое...
– А мы не имеем исторического права?
– Имеем, – устало ответил Каретников. – Но копья ломать из-за доктора Валентино мы не станем, и это приказ... Мы говорим не по делу, давайте перейдем к самой операции. Место действия – зарубежный мегаполис, река. Какие будут предложения по экипировке? Флинт, ты первый.
– Будет отправлено дипбагажом?
– Как обычно. Не в самолет же возьмем.
...Началось рутинное обсуждение деталей. Мина хотел было заказать еще пива, но Каретников не разрешил, и старый диверсант окончательно обиделся.
Глава двенадцатая
ОСИНОЕ ГНЕЗДО
Немка молча наблюдала, как отряд Маэстро со знанием дела устраивает погром в ее скромном гнезде.
Ситуация была из тех, в которых Первая боевая группа не церемонилась. У Маэстро и Мадонны было достаточно опыта, чтобы сделать стойку, едва хозяйка открыла рот. И дверь.
Она, хозяйка, разительно отличалась от обычных сельских жителей, хотя и старалась изображать простолюдинку.
Именно это ее стремление настроило Маэстро на торжественный лад.
– Ордер, – пробормотала немка, на миг растерявшись, и употреблением этого слова подписала себе приговор.
Вместо ордера перед ней нарисовалась черная, как ужас ночи, рожа Гусара. Лицо немки исказилось от отвращения.
– Посторонись, хозяюшка, – пробасил Гусар. Та не двинулась с места, и Гусар аккуратно поднял ее за плечи и переставил, как куклу.
Ей не оставалось ничего другого, кроме того, как смотреть на цепочку спецназовцев, бесшумно втягивающуюся внутрь дома. Маэстро, замыкавший процессию, тронул немку за плечо и пропустил вперед себя.
Шедшая впереди Мадонна обернулась и бросила на ходу:
– Вам возместят весь ущерб.
А Киндер и Макс уже поднимали половицы. Не прошло и пяти минут, как комнаты приобрели абсолютно нежилой вид. Томас упоенно вспарывал подушки, Гусар гремел чем-то в погребе.
