Задыхаясь, Джон встряхнулся по-собачьи, поспешно натянул одежду, пригладил пятерней волосы и бросился вверх и вперед, через улицу, чтобы затаиться между двумя припаркованными машинами.
Он едва успел. Элизондо приближался к берегу. На его загорелом лице мешались злоба и страх — похоже было, что у террориста большие неприятности. Когда он свернул с моста налево, Джон последовал за ним, стараясь не попасться баску на глаза.
Дорога Элизондо шла мимо аккуратных особнячков-cigarrales,излюбленных здешними «белыми воротничками», через холм за отелем «Парадор», мимо современных блочных домов.
В конце концов террорист, а за ним и его преследователь вышли за город, в поля, под звездное небо. Светила луна, и где-то протяжно замычал вол.
Баск свернул еще раз — на узкий проселок. Пока он двигался по шоссе, агент, заметив, что Элизондо вот-вот обернется, всякий раз успевал скрываться от взгляда то за деревом, то за кустами, то за брошенной у обочины машиной, но здесь, на пустынном проселке, прятаться было негде. Подумав, Джон свернул с дороги, чтобы двинуться параллельно ей по ветрозащитной полосе.
Рукава у гавайки были короткие, и, пробираясь через густой кустарник, агент изрядно поцарапался. Ночной воздух приторно-сладко благоухал цветами. В конце полосы Джон остановился, окидывая взглядом раскинувшуюся перед ним ферму — амбары, курятник, загон для скота, а под прямым углом к нему — дом, озаренный обманчиво ярким лунным светом. Удача не оставляла агента — всего один дом, гадать не приходится.
Он присмотрелся к трем стоящим вдоль загона машинам.
Одна — старенький «джип-чероки». Куда интереснее были другие — черный «мерседес» последней модели, и такой же смоляно-гладкий «вольво». Хозяева такой скромной фермы едва ли могли позволить себе одну новую машину, не говоря о двух. Похоже было, что Элизондо предстояло встретиться не с одним членом «Щита полумесяца», а с целой командой.
Дверь отворилась перед баском, едва тот ступил на крыльцо. Террорист, видимо, заколебался, но, глубоко вздохнув, шагнул через порог.
Пригибаясь к земле, агент неслышно двинулся к призывно горящим окнам дома и тут же метнулся вбок, в тень могучего дуба. Совсем рядом заскрипела щебенка под чьими-то подошвами.
Только это и спасло агента. Из-за угла неслышно, точно призрак, выплыл сурового вида негр в развевающихся снежно-белых бедуинских одеждах — несомненно, воин пустыни, но не туарег и не бербер. Быть может, фулани, жестокий кочевник, чье племя правило когда-то южными окраинами Сахары.
