Уже дважды он добирался до командных паролей выбранной генералом Лапортом старой советской ракеты, покоившейся в глубинах шахты за тысячи миль от замка, и дважды терял связь, когда темпераментная конструкция из гелевых капсул и оптоволоконных нитей выходила из-под контроля. Чтобы продолжать работу, ученому потребуется вся ловкость рук и все внимание. А грохот выстрелов его отвлекал.
Кажется ему или выстрелы становятся громче? Ближе?
Кто это может быть? Тот подполковник, Смит, со своими друзьями-американцами?
Шамбор тревожно глянул на репродукцию любимой картины — и здесь он повесил ее над рабочим столом.
Разбитый Наполеон и остатки его армии, гордости Франции, отступали от Москвы, только чтобы потерпеть очередной разгром от рук затаившихся английских шакалов. Репродукцию он приобрел еще в юности, и с тех пор она оставалась с ним — немое напоминание о былом величии страны. Со смертью жены все вокруг переменилось для Эмиля Шамбора. Все — кроме его преданности родине. Будущее Франции стало для него всем.
Подумав, он решил, что стрелять могут и боевики «Щита полумесяца» — пытающиеся спасти Мавританию.
.. но в этот раз они могут уже не понарошку похитить и самого Шамбора, и его творение.
Старик пожал плечами. Неважно. Они опоздали.
Он собрался вернуться к работе, когда дверь отворилась. Согнувшись, в оружейную протиснулся генерал Лапорт.
— Ракета перепрограммирована? — поинтересовался он, выпрямляя спину.
Казалось, что великан-генерал заполняет всю комнату одним своим присутствием. Сегодня Лапорт оделся просто — плисовые брюки, рубашка в клетку, охотничья куртка.
Его черные туфли были начищены до блеска; копна черных волос — аккуратно уложена.
— Не торопите меня, — раздраженно отозвался Шамбор. — Я и так дергаюсь от выстрелов. Кто к нам явился?
— Наши старые друзья-исламисты, «Щит полумесяца». Не обращайте внимания. Боннар с легионерами их удержат. А мертвые тела мы сможем предъявить в качестве доказательства, так что вина падет на них. Жаль, что вас прервали, прежде чем вы смогли нанести для них удар по Израилю.
Это послужило бы нам дополнительным прикрытием.
Шамбор промолчал. Оба знали, что времени бежать из Алжира, перегруппировать силы и запустить ракету по Иерусалиму не было. Основной целью все же оставался удар по США. И нанести его следовало сейчас, чтобы завтра, в воскресенье, Лапорт мог повиснуть на телефоне, обеспечивая своему предложению устойчивое большинство при голосовании на сессии Евросовета в понедельник. А работа не ладилась.
