Генеральский адъютант провел Джона через просторный вестибюль, мимо лестницы, извивом уводящей на второй этаж, и через широкие двустворчатые двери, оклеенные, по европейскому обычаю, обоями. Агент обратил внимание на то, что узор на обоях повторяет узоры резьбы на входных дверях — и тут, и там мелькали геральдические лилии Бурбонов.
Следующая комната была огромна. По высокому потолку небесного цвета порхали нимфы и херувимы — насколько мог судить американец, в натуральную величину. Золоченая лепнина, резные панели стен, изящная до хрупкости мебель в стиле эпохи Людовика XIV — на взгляд Джона, помещение напоминало скорее бальный зал, чем место, где можно спокойно выпить кофейку.
У окна сидел могучего сложения мужчина. Солнечные лучи скрещивались у него над макушкой."
"— Присаживайтесь, подполковник Смит, прошу, — проговорил он на внятном английском, но с сильным акцентом, указывая на обтянутое парчой кресло с прямой высокой спинкой. — Какой кофе вы предпочитаете?
— Со сливками, но без сахара, сэр.
Спасибо.
В дорогом костюме генерала графа Ролана Лапорта утонул бы, пожалуй, и защитник из НФЛ, однако генералу одежда была вполне впору. Могучий, как лев, он и держался царственно. Густые черные кудри спадали на плечи, будто у молодого Наполеона в год осады Тулона. На широком скуластом лице бретонца выделялись ярко-голубые глаза, пронзительные и немигающие, словно у акулы. Само его присутствие действовало подавляюще.
— Не за что, — благодушно-вежливо отозвался француз, наливая гостю кофе из серебряного кофейника.
Фарфоровая чашечка тонула в его лапищах.
— Благодарю, генерал, — повторил Джон, принимая чашку, и воспользовался случаем польстить хозяину: — Это большая честь — встретиться с одним из героев «Бури в пустыне». Ваш маневр на окружение, проведенный Четвертым драгунским, был просто великолепен. Без вашего вмешательства союзникам не удалось бы удержать левый фланг. — Мысленно агент поблагодарил Фреда Клейна за детальный брифинг, который босс устроил агенту перед вылетом из Колорадо, потому что, когда сам Джон Смит в Ираке штопал раненых, не разбирая сторон, ему не доводилось слышать имени Лапорта, тогда еще генерал-лейтенанта.
— Вы там были, подполковник? — поинтересовался француз.
— Так точно. С полевым госпиталем.
— Да, конечно... — Лапорт улыбнулся каким-то своим воспоминаниям. — Наши танки не были даже перекрашены в пустынный камуфляж, мы, французы, выделялись, точно белые медведи... Но мы с драгунами удержали позицию...
