Спрятавшейся за ковром женщине едва слышное дыхание вошедшего казалось слабым шипением ядовитой кобры. Осторожно, стараясь не задеть, не шевельнуть тяжелого ковра, она вытащила из-под юбки «беретту».
Осторожный шаг. Еще один. Пришелец двигался к окну. «Мужчина, — поняла она, — невысокий... сам Мавритания?» Шпионка внимательно прислушивалась. Террорист был ловок... но не так ловок, как ему казалось. Обычный, неспешный шаг был бы и тише, и опасней — двигаясь быстрее, террорист не дал бы ей времени приготовиться. Возможные укрытия он просчитал верно, но двигался слишком медленно.
"
"Опасливо озираясь, Мавритания поводил по сторонам дулом русского пистолета «ТТ». Он не видел, не слышал ничего подозрительного, но замки и на дверях парадного, и на входной двери квартиры кто-то аккуратно вскрыл. Значит, здесь были незваные гости — и, возможно, еще не ушли.
Скользнув к одному из окон, он резко поднял угол ковра, которым был занавешен проем. Пусто. Он шагнул ко второму окну, рванул ковер — ничего.
Брошенный вниз взгляд убедил шпионку — это был сам Мавритания.
«Беретту» она сжимала в руке, на случай, если террористу все же придет в голову поднять взгляд. Второй рукой она держалась за титановый крюк, вбитый ею в оконную раму за миг до того, как Мавритания шагнул от дверей, а для надежности — опиралась о ту же раму ногами. Сжавшись в тугой комок, она держала террориста на мушке и молилась про себя, чтобы тому не приспичило все же глянуть вверх. Она не хотела его убивать — это повредило бы расследованию, — но если придется.
..
Несколько секунд показались ей вечностью. Одна... две... Мавритания уронил край ковра и отошел.
Женщина внимательно прислушивалась к рисунку его шагов — теперь торопливых и небрежных. Террорист прошел в соседнюю комнату. Мгновение тишины... потом что-то тяжелое протащили по полу, словно оттянули ковер, и заскрипели доски. Поразмыслив, шпионка решила, что террорист, посчитав, что незваные гости покинули квартиру, вытаскивает из не замеченного ею тайника в полу что-то ценное.
Дважды щелкнул замок — дверь открылась и затворилась вновь. Женщина прислушалась, но больше не было ни звука, ни движения.
Преодолевая боль в сведенных судорогой от долгого висения на крюке мышцах, шпионка опустилась на подоконник. Выглянула в окно и вздрогнула от удивления — на другой стороне улицы стоял Мавритания и пристально глядел, казалось, прямо на нее, словно ждал чего-то.
Почему он не уходит? Чего ожидает? Женщине это не понравилось сразу.
