Немного подумав и оценив ситуацию, решил: – Хорошо, она твоя жена, но лишь до того момента, пока сама не пожелает уйти. Если моя пара попросит за нее, я не смогу отказать.
Камияр склонил голову, принимая такой ответ. Пусть и не совсем то, на что он рассчитывал, но это лучше, чем ничего."
"– Когда назначена церемония в храме? – в свою очередь поинтересовался он у брата и был удивлен, когда тот помрачнел.
– Эля еще не готова.
– Ты ее не пометил?! – потрясенно выдохнул Камияр, отказываясь верить этому.
– Не забывай – моей стала младшая сестра, – немного раздраженно заметил Хант.
– Даже юные кшатры требуют особого отношения, а Эля молода и еще не знала мужчин.
– И в чем проблема? Тебе не привыкать вводить девушек во взрослую жизнь. Сколько раз ты делал это, следуя традициям, так почему возникли сложности с женой?
– Она человек и отказывается прислушиваться к инстинктам. Чувствует притяжение, но в лучшем случае игнорирует его, а в худшем бежит. Я не понимаю, что ей надо, – с досадой поделился Марр наболевшим.
Он бы никогда не поднял эту тему, но его брат пользовался популярностью среди землянок и хорошо знал их психологию.
– Говори ей комплименты, дари как можно больше подарков, – пожал плечами Камияр, не видя проблемы.
– Она вернула мне ятты сразу после того, как увидела такие же на Наире, и попросила не дарить ей больше драгоценности. «Я искренне надеюсь, что вы перестанете дарить эти ненужные подарки. На официальные мероприятия вы мне и так выделите подходящие случаю гарнитуры, которые будут соответствовать статусу вашей супруги, а в повседневной жизни они мне не нужны», – процитировал Марр слова жены.
Глаза Камияра округлились, и он внимательно присмотрелся к брату. Никогда еще не видел его таким озабоченным из-за женщины и… немного растерянным. Непривычно было лицезреть всегда уверенного братца не знающим, что делать. И впервые слышал о женщине, которая с таким пренебрежением отказывалась от дорогих украшений.
– Неужели все так плохо?
– Ей не нравится Баттас.
Она не скрывает, что мечтает вернуться домой. Эле нет дела до моего положения, возможностей, окружающего ее достатка. Она оказалась одной из немногих землянок, которая не подвержена общей восторженной истерии относительно нас.
– Я бы так не сказал, – скрывая торжество, усмехнулся Камияр, довольный возможностью утереть нос всегда прозорливому брату. – Мне кажется, тебя тоже водят за нос.
– Что ты хочешь этим сказать? – напрягся Хант.
