Почему-то оказалось важным подчинить ее себе, и даже амбре алкоголя не остужало желания.
Женщина не должна повышать голос на мужчину! Прижав к стене, чтобы не брыкалась, одной рукой удерживал над головой ее руки, а второй фиксировал подбородок, не давая ускользнуть. И целовал так, чтобы эта колючка забыла обо всем. Первый ее стон усилил возбуждение стократно. Никогда не любил пьяных женщин, но губы этой были сладкими, как нектар.
Ей нечего было противопоставить напору. Она не сдавалась, но было уже непонятно, то ли пытается вырваться, то ли прижаться ближе.
Камияр провел рукой по груди, двинулся ниже, задирая юбку и поглаживая внутреннюю часть бедер. Хотелось подхватить под попку и ворваться в притягательное тело. Давно он так не заводился.
Мысль о том, что собирается взять девушку прямо в прихожей, немного остудила. Ввалился с ней в первую попавшуюся дверь, обрадовался наличию широкого дивана и продолжил ласкать, одновременно атакуя уже припухшие губы.
В какой-то момент Камияр осознал, что эта кошечка уже с жаром отвечает и выгибается от страсти под ним.
Утвержденная власть над женским телом помогла проснуться здравой части рассудка, и барс вспомнил, зачем он, собственно, пришел.
Уже целенаправленно распалив красотку, он отстранился и, с удовольствием посмотрев в затуманенные желанием глаза, произнес:
– Расскажи мне о сестре – и я утолю жажду твоего тела! – И потерся об нее бедрами, показывая, насколько готов. К чему скромничать, землянки сходили с ума от него. – Почему она уехала?
Несколько мгновений девица лежала, тяжело дыша, а потом ее ноги стали подниматься, медленно скользя по его телу.
И в тот момент, когда Камияр, заглядевшись на ее бурно вздымающуюся грудь, натянувшую ткань блузки, был готов отложить все вопросы на потом, она уперлась ступнями ему в грудь и резко толкнула, сбрасывая с себя и дивана. И тут же заорала:
– Вон!!! Убирайся, иначе я вызову полицию! – Она напряженно следила, как он встает, потом угрожающе предупредила: – Только подойди! Я тебя по судам затаскаю!!!
У Камияра уши заложило от ее вопля.
Изнывающая от желания красотка опять превратилась в фурию. Можно ее скрутить, но не стоило забывать о соседях. Уже поздно, и барс слышал шаги потревоженных жильцов сверху. Обвини она его в домогательствах – и свидетели найдутся.
– Завтра поговорим, – сказал, отступая. Инстинкты восстали против такого поведения, но он сдержался.
– Убирайся!!! – Очередной оглушительный вопль заставил Камияра ретироваться за дверь.
