Пасечник

Егор медленно поднимался по ступенькам и думал: если сейчас этот гребаный крестный папа протянет ему руку для поцелуя, то точно получит по морде. К счастью, этого не случилось. Леха, улыбнувшись во все свои тридцать два белоснежных зуба, со всей силы хлопнул Егора по плечу и крикнул:

– Привет, салага! Ну что, гаденыш, набегался? Как я тебе рад! – и облапил Егора крепко и ласково.

Стол был шикарен. Пчелин вел себя как радушный помещик, добродушный и ленивый. Но Егор нутром чувствовал: добродушие и леность дружка – показные.

Этакий волчара в пушистой овечьей шкурке. Все гости, восседавшие за «скромной» трапезой, не выглядели добрыми приятелями. Это были бойцы: серьезные, натянутые, как струны. Скажи им «Фас», сразу же дернутся в атаку и безмолвно сомкнут железные челюсти на шее жертвы.

Егор поковырял вилкой мякоть камчатского краба, попробовал устриц с лимоном и чуть не переплевался – гадость несусветная. Улитки ему тоже не понравились. Пчелин ухмыльнулся и приказал подать шашлык. Мясо, только что с мангала, щедро украшенное зеленью, торжественно принесли на огромном блюде.

Рядом поставили резной поднос с горячим лавашом. Баранина, сочная, ароматная, мягкая, нанизана на шампуры крупными кусками.

– Нравится, привереда? – улыбнулся Леха.

– Пойдет, – Егор жевал баранину с удовольствием.

– Угодил, угодил, – протянул Пчелин, – а то, смотрю, не в коня корм. Не купишь наших пацанов заморскими яствами. Правильно, братва?

Сидящие за столом доберманы с квадратными челюстями молча закивали в ответ. Пчелин встал и жестами указал своим дуболомам: мол, сидите, кушайте, не беспокойтесь ни о чем, ребятки.

А Егора, наоборот, пригласил последовать за ним.

Они прошли сквозь анфиладу многочисленных комнат, и Егор таращил удивленные глаза: ни дать, ни взять, Эрмитаж.

– Нравится обстановочка? – спросил его Пасечник.

– Странный контраст с жизнью обычных граждан поражает воображение, конечно, – вздохнул Егор, – только, вот честно, нафига тебе все это?

– Узнаешь потом, – ответил Пчелин.

Они оказались в очень странном помещении: небольшая комнатка с лифтом.

Настоящим лифтом, коих предостаточно в каждом многоэтажном доме. Пчелин нажал кнопку вызова, и двери бесшумно открылись. Оба вошли в кабину, где Леха опять прикоснулся к единственной красной кнопке, одиноко расположенной на гладкой панели. Лифт послушно загудел. Только непонятно было, куда двигалась кабина – вверх или вниз. Три этажа, к чему такая роскошь, вроде инвалидов здесь нет. Егор решил не удивляться ничему.