Пассажир

Но это настолько тесно связано с критериями квалификации преступлений…

— Знаю. Но все же на чем основаны ваши предположения?

Она могла выдать ему целый букет трескучих фраз. Но предпочла голую истину:

Судья несколько долгих секунд в упор смотрел на нее. Скромный нотариус исчез — перед ней сидел загадочный будда с непроницаемым лицом. Наконец он испустил глубокий вздох и приподнял кожаный бювар. Под ним лежал белый листок. Анаис обратила внимание на необычное качество плотной глянцевитой бумаги. От листка веяло стариной.

На такой бумаге присылали приглашения на бал. Или отказ в помиловании.

— Я освобождаю вас, капитан.

У нее дернулась челюсть.

— Вы… вы меня отстраняете?

— Ос-во-бож-да-ю, — произнес он по слогам. — Вы понимаете человеческую речь? Я направляю вас в Марсель. Статья восемнадцатая Уголовного кодекса, пункт четвертый. Следственный судья имеет право направить следователя, работающего по делу, в любую точку Франции, если это служит «установлению истины».

— А моя группа? Она будет продолжать расследование в Бордо?

— Скажем так: она будет помогать новому руководителю группы.

Вот оно что. Судья выслушал ее, но все было решено заранее. Наверняка Деверса еще вчера был в курсе дела. Она могла бы сейчас кричать, негодовать. Уйти, хлопнув дверью. Но, если честно, ей было все равно. Ее отпускают в Марсель. А это — главное.

— Кто назначен новым руководителем группы?

— Морисе. Очень опытный офицер.

Анаис не сдержала улыбки. В Главном полицейском управлении Морисе прозвали «могильщиком» — он всегда стремился попасть работать на участки, расположенные поближе к кладбищам.

Тридцать лет беспорочной службы, нацеленной на получение премиальных, положенных комиссару полиции за констатацию смерти. Да уж, Морисе — явно не тот шустрый и изобретательный сыщик, которому под силу поймать наделенного высоким интеллектом преступника.

Ле-Галь подтолкнул к ней листок. Она протянула за ним руку, но он, словно передумав, накрыл листок своей ладонью.

— Что вы можете сказать об убийцах, орудовавших в Стране Басков? Об этих самых людях в черном?

У Анаис оставался единственный след, информацией о котором она не поделилась с судьей.

«Метис» — химико-фармацевтический холдинг, возможно связанный с убийством рыбака и его подруги.

— Пока ничего, — солгала она. — Вернее, только одно. Дело может оказаться гораздо шире, чем представлялось поначалу.

— В каком смысле шире?

— Об этом рано говорить, господин судья.

Он убрал руку с листка. Она взяла его и прочитала.