Пассажир

Такое же помещение, только заставленное множеством шкафов со скользящими дверцами. Полки ломились от рядами составленных папок. Януш начал просматривать корешки папок в первом шкафу, начав с верхней полки.

Он добрался до третьей, когда в дверь постучали. Он застыл на месте, даже дышать перестал. Снова стук, приглушенный. Януш не шевелился. Ноги словно прилипли к полу. Ему казалось, что все его существо растворяется в луже страха. Он повернул голову к двери. Кто-то дергал ручку с той стороны.

Секретарша, в отличие от судьи, заперла свой кабинет.

Еще одно чудо. Януш вздохнул с облегчением, но тут же сообразил, что посетитель, которого постигла неудача, вполне может повторить попытку с соседней дверью. И тогда его песенка спета. Он не успел даже додумать эту мысль до конца, когда снова услышал стук в дверь. На сей раз — более глухой.

И тут он услышал — или это ему почудилось? — легкий шлепок. На стол судьи легла новая папка или пакет. Снова шаги. Негромкий хлопок — закрылась дверь. Посетитель — кто бы он ни был — ушел.

Януш на ощупь нашел стул и без сил опустился на сиденье. Спиной он задел одну из полок, с которой с громовым, как ему показалось, шумом посыпались папки.

Он начал их собирать. И вдруг его взгляд уперся в шифр: «К095443226. Уголовное дело. Убийство Цветана Сокова». На обложке стоял косой штамп: «Копия».

Он снял с папки резинки. В ней лежали документы в прозрачных файлах. Он не стал их даже просматривать, быстро перешел в первую комнату и сунул всю пачку в портфель. Руки тряслись.

Сердце колотилось как бешеное. Но в то же время он чувствовал себя непобедимым. Он снова добился своего. Как и тогда, в кабинете Анаис Шатле. Теперь оставался последний шаг — выбраться из этого пластикового бункера.

Тот же путь, но в обратном направлении. Он вызвал лифт, оставив на кнопке влажное пятно. Секунда. Две. Три. Каждый звук — покашливания сидящих в приемной людей, скрипы подъемного механизма, хлопанье застекленных дверей — отдавался у него в ушах грохотом. Но этот грохот воспринимался им на фоне какого-то неясного жужжания, словно доносился сквозь толщу воды.

Лифта все не было. Януша так и подмывало уйти отсюда, спуститься пешком, но он не знал, где лестница. Наконец створки кабины раздвинулись, и из нее вышли трое мужчин. Януш посторонился, неосознанно крепче прижав к себе портфель. Мужчины не удостоили его даже беглым взглядом. Януш вошел в лифт и испустил глубокий выдох. Он весь горел как в лихорадке. Снял плащ и перекинул его через руку.