Пассажир

Януш левой рукой сдернул у него с пояса наручники, приподнял руку поверженного врага и защелкнул браслет у него на запястье, поразившись легкости действия механизма. Затем нацепил оставшийся наручник ему на второе запястье.

— Какие к… к… ключи?

— Ключи от наручников!

Мужчина затряс головой:

— Мы ими никогда не пользуемся…

Януш ударил его по щеке пистолетом. Потекла струйка крови. Парень съежился и прижался к стене.

— В кармане… В левом кармане.

Януш извлек ключи. Стукнул охранника по затылку рукояткой пистолета в надежде, что тот отключится.

Но это оказалось не так-то просто. Януш прикинул, как много времени понадобится парню, чтобы прийти в себя. С заломленными за спину руками и рассеченной щекой, оглушенный — он, конечно, не сразу выберется из этого пустынного коридора и вызовет подмогу. Минут пять у Януша точно есть.

Он подобрал с пола плащ и портфель. Не раздумывая, сунул за пояс, где уже торчал нож, пистолет. Теперь он вооружен до зубов — не ремень, а целый арсенал. Охранник со страхом смотрел на него.

Януш замахнулся, делая вид, что собирается нанести ему еще один удар. Тот вжал голову в плечи и зажмурился.

Но Януш уже устремился прочь. Он бежал что было мочи в поисках выхода. В живот впивались нож и пистолет. Это было пьянящее ощущение.

Теперь он знал, что спасется.

Через хитросплетение извилистых улочек он выбрался на Канебьер. Прямо напротив центрального комиссариата Ноай. Вокруг творилось светопреставление. Фургоны, автомобили с мигалками и без мигалок с ревом разъезжались от подъезда.

Из дверей пачками сыпались вооруженные полицейские, на ходу вскакивая в машины, ожидавшие пассажиров с распахнутыми дверцами. Выли сирены. Януш прижал к груди портфель. Итак, вся марсельская полиция, все силы правопорядка охотятся за ним.

Завывание сирен отдалилось. Очевидно, полиция блокировала квартал, в котором располагался суд. Вскоре разошлют по всем инстанциям приказ о его задержании. С фотографией. Передадут информацию во все газеты и на все телеканалы.

В Марселе ему и шагу ступить не дадут. Счет идет не на часы, а на минуты. Другими словами, действовать следует немедленно.

На противоположной стороне он заметил магазин, торговавший недорогой одеждой. Низко опустив голову, пересек улицу. Рядом раздался громкий гудок. Он дернулся и замер на месте. Прямо перед ним грозной грудой металла проскрежетал трамвай. Гудел водитель. Януш долго смотрел трамваю вслед, собираясь с духом после пережитого страха.