Пассажир

За нами следят. Фотографируют. Снимают на камеру. — Она прыснула. — Прямо как кинозвезд.

— Типа все. После этих свиданий придурок исчезает. Мы кладем бабло в карман и беремся за следующего.

— Сколько вам платят?

— Три тысячи евро за то, что записываемся к Саша. И три тысячи за окученного лоха.

— Вы никогда не задумывались, что случается с этими беднягами?

— Братишка, с тех пор как я родилась, каждый сам за себя. Буду я цацкаться с дебилами, которых видела три раза в жизни и которые только и думают, как бы меня трахнуть?

— Да ничего.

Вся эта фигня прикрылась.

— Наверное, месяц или два. Все равно я больше не собиралась этим заниматься.

— В каком смысле опасно?

— Девчонки стали пропадать.

Лейла не ответила. Наступило пропитанное дымом молчание, готовое вот-вот взорваться от напряжения.

Наконец, не глядя на него, она дрожащими губами спросила:

— Что с ней случилось?

Шаплен молчал. Лейла снова ощерилась:

— Ты обещал, ублюдок! Мы договорились!

— Она погибла, — сблефовал он.

Женщина съежилась еще больше.

Кожаное сиденье заскрипело. Она не казалась удивленной, но слова Шаплена, очевидно, подтвердили то, во что она уже давно отказывалась верить. Снова закурила.

— Подробностей не знаю. Ее убили ваши заказчики.

Она выдохнула синеватый дым. Ее буквально трясло от страха.

— Сама знаешь. Слишком много болтала.

— Тебе нечего бояться: мы с тобой в одной лодке.

— Медине ты говорил то же самое. И вот что вышло.

— Думаешь, я тебя не узнала? Чертов Ноно! Медина показывала мне фотки.

Но меня ты не проведешь, усек?

— Чего «расскажи»? Сам рассказывай.

Новый взгляд, на этот раз нерешительный. Лейла пыталась прочитать правду в глазах Шаплена. Она продолжала тихо, словно голос ее притупился:

— Медина встретила тебя у Саша и тут же втюрилась. С чего бы?..

— Тебе я не по вкусу? — улыбнулся Шаплен.

— Так ты небось признаешь только позу миссионера, потом помолиться и баиньки.

Он улыбнулся еще шире. Его крикливый костюм ее не обманул. Как давно он не занимался любовью? Но и здесь он ничего не помнил.

— Ну а те парни в наушниках? Они меня не выбрали?

Она прошептала почти неслышно:

— Выбрали бы, ты бы сейчас не корчил из себя Джека Бауэра.

Он привел свои мысли в порядок. Значит, Арно Шаплен не прошел их кастинг. Но однажды, когда с ним работала Фелис, его уже выбрали. Как же его тогда звали?

— Ты заговорил ей зубы. Убедил дать показания, уж не знаю, против кого и во имя чего.

— Ты вел расследование. Разоблачал чьи-то махинации.