Пассажир

Доминирующий плод слегка шевелится. Второй забился в глубь матки. Большеголовые, с прозрачными глазами, они похожи на две стеклянные статуэтки, только разного размера.

— Она приняла антиспазматическое?

— Да, доктор, — отвечает медсестра.

Их приглушенные голоса контрастируют со слепящим светом хирургических ламп, изгнавшим тени из самых укромных углов. Хирург, не отрывая глаз от экрана, медленно вводит иглу в живот.

Голос Францишки поднимается:

— Спокойно… Еще несколько секунд, и все будет кончено.

— Держите ее! Не давайте ей шевелиться!

На экране игла приближается к левому, более крупному плоду.

— Держите же ее, черт побери!

Медсестры хватают пациентку за руки, с силой прижимают ее плечи, третий врач приходит им на помощь. Хирург с блестящим от пота лбом продолжает манипуляцию: игла вот-вот коснется грудной клетки плода.

Осталось всего несколько миллиметров…

Острие почти касается тельца ребенка. В этот самый миг плод поворачивает головку, и его огромные глаза вперяются во врачей.

Францишка вдруг выгибается, застав гинеколога врасплох. Игла протыкает внутриматочную перегородку и поражает второй плод. Он забился подальше и не двигается, представляя собой отличную мишень.

Врач вырывает шприц. Слишком поздно. Он задел сердце ребенка. Женщина, истекая слюной, отплевываясь, всхлипывая, продолжает молиться. Она сложила ладони над своей утробой.

Выживший близнец на экране как будто усмехается.

Кубела резко просыпается. Целых несколько секунд он чувствует себя совершенно потерянным. Он падает в пропасть без конца и начала. Затем прилив адреналина возвращает ему ясность мысли. Странное ощущение. Смесь прозрения и путаницы в голове.

— Все было не так, — шепчет он.

Он срывает с глаз повязку. Яркий свет прожектора заставляет его вскрикнуть от боли. Рефлекторно он прикрывает глаза кулаками. Нет сил разлепить веки. Сияние ослепляет его.

И тем более поворачивал голову к экрану.

Он медленно отводит руки и смотрит на свет. Жмурясь, различает очертания комнаты, яркое сияние прожектора. И на этом слепящем фоне видит закрепленную на штативе видеокамеру.

И сразу все вспоминает.

Ведь он забил досками окна и дверь.

Он опечатал ящик Пандоры.

Он поворачивает голову. Первое окно слева от него открыто, створки стучат на ветру. Сорванные доски раскиданы по полу. Словно дикий зверь — оборотень — выломал их голыми руками.

Кубела не верит своим глазам.