Пассажир без багажа

Вот расстроится этот маньяк, когда и второй номер перестанет отвечать! Наверное, и так уже переживает – куда запропала Кристина?»

Ближе к концу рабочего дня ее вызвал к себе директор. Варя немного удивилась – они контактировали редко. Оказалось, что тот хотел знать – как она себя чувствует, не нужно ли чем-то помочь? Это ее растрогало, и она поблагодарила директора за внимание. Вообще, все сотрудники магазина отнеслись к ней с деликатностью. О ее несчастье, конечно, узнали сразу после того, как она попросила отгул.

Но никто не лез ей в душу, не просил поделиться подробностями, не ждал исповеди. Все выразили ей сочувствие – и оставили в покое. А это ей было нужно больше всего."

"– Варвара Александровна, если вам нужно будет немного отдохнуть – возьмите еще пару дней отгулов, – предложил директор на прощанье. – Вы что-то плохо выглядите.

– Да ничего, мне на работе легче, – отказалась Варя. И вдруг почувствовала, что у нее подкашиваются ноги. Она ухватилась за край стола и некоторое время боролась с неприятными ощущениями – комната плавно поворачивалась в ее глазах и никак не хотела остановиться.

– Да что с вами?! Сядьте! – испугался директор. – Нет, вам нужно отдохнуть!

Варя уже справилась с собой. Она еще раз поблагодарила за заботу и сказала, что в кабинете душно. На самом же деле, она просто узнала музыку.

У директора весь день играло радио – он привык так работать, и громкая музыка ему не мешала. Ее отголоски были слышны даже в торговом зале.

Варя тоже привыкла к этому звуковому фону, тем более что его постоянно перекрывали резкие крики попугаев. Но на этот раз мелодия буквально подкосила ее. Это была та самая музыка, которую заводил для нее телефонный маньяк. Ди-джей, перед тем как поставить песню, объявил ее название. И тут Варя вспомнила, где слышала ее в большом количестве, несколько раз за один вечер, не меньше. На собственной свадьбе.

«Значит, Кристина была права, – думала она, возвращаясь за прилавок.

 – Это связано с моей свадьбой. Как же я не вспомнила эту песню! Давно ее не слышала… Шиннед О’Коннор, да, так звали эту певицу. Эта песня только что появилась, все по ней с ума сходили. И все под нее танцевали медленный танец. И я с Андреем тоже – раза три, не меньше. Кассету ставили снова и снова, в конце-концов она мне так надоела, что когда я ее потом слышала, то раздражалась… А потом стала забывать.