Пасынки Джихада

 — Армянин, не числится, не привлекался…

Ну, слава богу, можно расслабиться. Посредники наверняка приедут на своей тачке. Красть машину только лишь для встречи с Руденко — нонсенс. Овчинка выделки не стоит.

— Поехали дальше, — Вася опять полез под одеяло. — Только время на них зря потратили…

Где-то через час — снова:

— «Шестёрка». Из города, — доложил Костя.

Вася недовольно пробурчал что-то и натянул одеяло на голову.

— А может, и не к нам, — успокоил я боевого брата. — Может, просто по улице…

К усадьбе полковника подъехала раздолбанная «шаха» не пойми какого окраса и остановилась у калитки.

— Ан нет, к нам… Какая-то сегодня нездоровая деловая активность…

Вышли двое парней, позвонили, стали ожидать.

Я взял бинокль, посмотрел. Парни молодые, славянского типа, дешёвая одежонка, какие-то невыразительные лица, не отмеченные печатью интеллекта, мнутся скромно этак, как будто к большому дяде на поклон пришли, один в руках держит пакетик, в котором легко угадываются очертания пары бутылок…

— М-м-м? — поинтересовался Вася из-под одеяла.

— Вообще, странно, — поделился я своими соображениями. — Двое пацанов. Судя по всему — дембеля (напоминаю: ноябрь месяц на дворе, дембель косяком идёт, у кадровиков — страда). Только я не понял, чего они к нему домой припёрлись? Дома он вопросы решает только с солидной публикой…

Калитка открылась, показался Руденко — впустил пацанов. Были они совсем недолго, вышли без пакета, почётного провожания до самой машины не удостоились.

— Скорее всего, писарчуки из штаба, — предположил я. — Или какие-нибудь «придворные» на посылках. Дембельнул пораньше, вот и пришли отблагодарить.

— Крысы тыловые! — выразился Вася под одеялом. — А нормальные пацаны в окопах до Нового года парятся…"

"Не прошло и пятнадцати минут, как моя рация выдала нездорово вкрадчивым голосом Кости:

— А вот эти — с трассы…

К воротам усадьбы Руденко подъехал трёхсотый «мерс».

— Оп-па… — Вася без всяких напоминаний выполз из-под одеяла и полез на переднее сиденье. — Вот они, гаврики…

— Ну что там у тебя, Седьмой? — требовательно поинтересовался Иванов.

— Минутку…

Так, теперь надо постараться безошибочно опредилить, кто есть кто.