Пасынки Джихада

Угу… Так… Ну, без кореша Глебыча тут не обойтись.

Полковник тотчас же позвонил Глебычу — до полуночи ещё далеко, надежда имеется.

Глебыч и в самом деле оказался ещё не сильно пьяным. Иванов сказал, что нужна помощь: пристроить до утра двоих задержанных — мимо оформления, естественно (по всем задержанным немедля докладывали следственной бригаде из Москвы) и прикрыть в процессе частного визита по такому-то адресу.

Глебыч кратко посовещался с командиром ОМОНа и сообщил: всё будет, никаких проблем.

— Ну и отлично, — Иванов, похоже, другого результат не ждал — прыгать от радости не стал.

— Так, вроде бы всё утрясли. Теперь прокатимся к этому Султану, поболтаем… Возражения есть?

— Вообще, по-хорошему бы, надо отдать их московским важнякам, — Костя кивнул в сторону угонщиков. — Они бы нас за это полюбили и потом поделились бы информашкой по результатам расследования. А то опять получается, что мы тут волюнтаризмом маемся.

— Насчёт волюнтаризма — не спорю, — согласился Иванов.

— Какие проблемы? — вклинился Петрушин. — Надо — отдадим. Но сначала съездим к Султану. А до утра времени — вагон, так что…

— И это правильно, — одобрил Иванов. — Поболтаем с этим Султаном, даже если он и ни при чём, узнаем, откуда тачка, груз… Секунду… А что за груз? Смотрели?"

"— Как раз собирались, да вы приехали, — Вася вынул ключи из замка и без лишних слов пошёл открывать багажник.

— Ну ни хрена себе… — пробормотал Петрушин, светивший фонариком из-за Васиного плеча.

Да, груз был малость того…

Короче, в багажнике, скрючившись в три погибели, лежал труп полковника Руденко. На лице «главного шпиона» отчётливо, как посмертный гипсовый слепок, застыла гримаса страшного удивления…

* * *Ну, что вам сказать? Сказать, что Иванова этот несвоевременно свалившийся на нас труп огорчил, значит сильно упростить ситуацию.

Полковник в буквальном смысле впал в транс. Сел на корточки, привалившись спиной к багажнику «мерса», правой рукой подпёр подбородок, левую сунул под мышку и уставился в одну точку прямо перед собой. Ушёл в себя, не беспокоить!

— Ага… — Петрушин, воспользовавшись оперативной паузой, ухватил пленников за воротники и потащил их в дом. На ходу деловито бросил Васе: — В «таблетке», в бардачке, скотч возьми.