Пасынки Джихада

Мяса вокруг навалом, колбась кого хошь, а «двуногих без перьев» — ни в коем разе!

Показательно, что питекантропы и неандертальцы — те виды homo, которые по каким-то невыясненным причинам пренебрегли этим табу и ударились в каннибализм (жрали, короче, друг друга!), очень быстро передохли, уступив место кроманьонцам, которые по сути являются нашими предками. Кроманьонцы друг друга не хавали, поэтому они и жили долго и… Нет, почитав историю, не скажешь, что долго и счастливо — какое тут, на фиг, счастье! Но факт — жили долго и нескучно.

Теперь это табу — анахронизм, потому что расплодилось нашего брата немерено и угрозы существованию вида нет.

Но табу осталось, и мы с ним живём себе помаленьку. Очень обидно, что от нашего сознания и мировоззрения это не зависит. Мы не вольны соучаствовать в этом либо, напротив, препятствовать этому. Это просто автоматически даётся нам по праву родовой принадлежности к видовой группе. По сути насильственно вшивается в нашу подкорку, как идентификационный номер в фантастических фильмах.

Поэтому любого диверсанта-головореза, если только он не болен на всю голову (а такие среди нашего брата попадаются крайне редко, поскольку специфика деятельности предполагает наличие холодного здравого ума), всю его сознательную жизнь сопровождают проблемы психического характера. Не морально-нравственного — это всё чушь и наносное, — а именно психического. Проблемы эти вызваны тем самым, внешне незаметным и никому не подконтрольным природным табу…

— Вот, собственно, и всё.

— Ну ты… Ну вообще — профессор! Ты где всего этого набрался?!

— Да так… Отовсюду помаленьку…

— Ну, давай за это…

— Погоди, Ильяс… Ты что, хочешь сказать, что ты можешь отключать вот это… икх! Ой, блин… ну, в смысле — табу…

— Табу? Нет, это нельзя «отключить». Я же сказал, это нам неподвластно… Но можно отключить свою психику. Отключил, сделал дело — опять включил. И живи себе спокойно дальше, как ни в чём не бывало. Никаких тебе припадков, кошмаров и тому подобных заморочек…

— Никаких?

— Абсолютно.

"Артур призадумался, а Ильяс покачал головой и хмыкнул.

— Извини, братишка… Но, по-моему, ты гонишь.

И смерил меня взглядом, совсем не характерным для сильно пьяного. Ильяс и Артур — оба из нашей когорты, прекрасно знают, что бывает после рейда даже с опытными бойцами.

Да, забыл сказать. Это я не просто перед вами распинался, умника из себя корчил, а действительно читал лекцию своим бойцам.