Пасынки Джихада

— Ну-ну…

Петрушин многозначительно крякнул и посмотрел на Иванова. Во взгляде спецназовца легко читалось типичное для такого случая предложение: ближайший пустырь, плоскогубцы, десять минут — полный расклад…

— Вот ещё! — Иванов пренебрежительно хмыкнул. — Была нужда возиться… Сейчас доставим в контрразведку, там с ними займутся. Расскажут всё как миленькие. И даже то, чего никогда не знали…

* * *Иванов тут же позвонил на мобильный своего старого приятеля — подполковника Братковского (это начальник дивизионной контрразведки) и вкратце посвятил его в суть дела.

Братковский кочевряжиться не стал и с ходу вписался в процесс. Нет, я не слышал всего разговора, но Иванов общался с приятелем буквально минуту, обещал совсем мало, а в конце беседы удовлетворённо пробурчал:

— Ну, молодец. Вот за это — люблю…

По дороге подобрали безрукий экипаж № 2 — посадили их в трофейный «мерс», который конвоировал Петрушин, а Глебыча оставили ремонтировать «УАЗ». Бледнолицый Руденко попросил заехать домой, переодеться.

Показалось ему вдруг, что в таком затрапезном виде неприлично появляться на территории родной дивизии. Напомню, контрразведка у нас располагается в городке дивизии.

В этой просьбе преступнику было отказано, и не потому что Иванов вредный сатрап, а просто в силу оперативных соображений. Пусть пока родня пребывает в приятном неведении.

Преступник опасался напрасно, никто из подчинённых («бывших» пока не скажешь, ещё ведь всё доказать надо и довести дело до суда) его не увидел.

Контрразведка, в соответствии со старой доброй традицией, размешается в здании дивизионного узла связи. А узел примостился на задворках, рядом со вторым КПП (транспортным). Показали удостоверение, дежурный уже был в курсе — Братковский предупредил насчёт нашего приезда, пропустили нас без проблем. Проехали тридцать метров, встали в тупичке, между входом и глухим забором — добро пожаловать в родные пенаты, товарищ в домашних тапочках. Никто и не смотрит…

Задержанных передали коллегам Иванова, которые уже потирали лапки в предвкушении неурочной работёнки и каких-то там лавров (наш вождь обещал приятелю поделиться успехом, коль скоро таковой воспоследует вообще).

Иванов просил коллег не стесняться и проявить в ходе беседы всю широту легендарной чекисткой задушевности. Коллеги обещали — не подведём. После такого дружеского напутствия мы оставили дивизию и в полном составе выдвинулись на предателеву дачу.