Пасынки Джихада

Если недодать информацию, вполне очевидным будет и резюме: да это ваши проблемы, как вляпались, так и выпутывайтесь, я-то здесь при чём? Вы, вообще, от рук отбились или совсем обнаглели, чтобы беспокоить меня такой безделицей?!

Если всё продать без купюр, как есть, реакция будет однозначной: конкретный Витя сразу почует в наметившейся проблеме сугубо импортный запашок (потому что на другие аспекты он просто не обращает внимания), и команде придётся с ходу включаться в работу по этой проблеме. В принципе, наши хлопцы не лодыри, и совсем не прочь поработать, когда можно ожидать хотя бы какой-то мизерный результат… Но в данном случае, как ни крути, на выходе ожидался абсолютный ноль.

Во-первых, никто не верил, что Руденко действительно шпион или диверсант. Ситуация, конечно, необъяснимая, и ранее никто ни с чем подобным не сталкивался. Но рано или поздно всё тайное становится явным. Это, скорее всего, какая-то жуткая залепуха, суть которой прорисуется уже в результате первых часов расследования.

Во-вторых, Иванов, как ни старался, не нашёл в этом деле ни одного «конца», за который можно было бы ухватиться. Никаких данных, никаких предположений, никаких перспектив. Одна-единственная версия, и та идиотская (Руденко — засланец иноразведки или матёрый диверсант). А ещё следовало учитывать, что трудиться придётся ноздря в ноздрю с объединённой следственной бригадой московских «важняков», которых по уровню компетентности даже стыдно равнять с местными умельцами.

То есть это был тот самый абсолютный нуль на выходе, когда надежды на хоть сколько-нибудь положительный результат не было вовсе.

Подать же информацию общо, так чтобы Витя выручил команду и при этом не впал в нездоровый азарт, не получалось никак. Спецпредставитель — товарищ умный и очень дотошный, наспех состряпанным оперативным сказкам не поверит. Кроме того, он вполне компетентен в данной тематике, поскольку сам — бывший чекист, и обязательно потребует полной конкретики по всем вопросам.

— Ничего не выходит, — перебрав все варианты, сделал вывод Костя. — Или вообще не звонить, или сразу сдаваться.

— Совсем не звонить не получается, — покачал головой Иванов. — Мне в любом случае придётся отчитываться по ситуации. Уж коль скоро я просил поднять тут всех на уши, теперь надо объяснить, из-за чего, собственно говоря, весь сыр-бор получился.