Патриот. Смута. Том 4

— А последний, ну… Кой-чего знает, так, по верхам. Думаю, можно сделать хорошего мечника.

— Понял тебя. Работай.

— А степняк этот, что — Француз состроил кислую мину.

— Учи. Хотя бы в общих чертах.

— Хорошо. Твои деньги, моя работа.

— Я еще не проиграл тебе. — Улыбнулся, изменив холодную речь, на улыбку.

— Игорь. — Он серьезно посмотрел на меня. — Я нисколько не сомневаюсь в твоем таланте, но пойми… Ваша страна, вы тут… Да чего уж там.

Много берешь на себя, француз. Я тебе через сутки такоую трепку задам, поглядим, кто пощады просить будет.

— Клинки нас рассудят.

Он пожал плечами и отправился собираться.

Где-то еще час по моим прикидкам ушел на последние сборы.

Лодками было бы быстрее, но я все же воевода. Не моряк и не казак — по этому войти на Воронеж решил конно вместе с конницей. По факту мне было плевать, но дух времени требовал.

Последние люди, что должны были уйти сегодня, погрузились, а мы с Яковом и Тренко, возглавив нашу кавалерию, двинулись на север.

Готовил все наперед. Отряды, что уходили первыми, формировали техническое оснащение, для ускорения переправы и сбора остального войска.

Оставляли мы за собой в остроге полсотни казаков братьев Чершеньских. Еще примерно столько же раненных их людей и несколько дозоров из служилых людей. Последние должны были вернуться ближе к ночи, отдохнуть, ночевать, и поутру от укрепленного хутора двинуться в город.

Уже завтра их сменят казаки.

Путь был неблизкий, но я рассчитывал, что пройдет он без приключений. Рядом ехали Яков, Тренко и Григорий с Пантелеем, которые тоже формально входили в сотню дворянской конницы, хоть и стали мне близкими сотоварищами. Первый — советник, писарь и правая рука, второй — телохранитель, на которого положиться можно считай во всем.

Первым заговорил подьячий Поместного приказа:

— Воевода, татар одолели мы, дальше что? — Погладил свою чахлую бороду. Добавил. — Когда на север?

Последняя фраза звучала как-то холодно. Чувствовалось, что, несмотря на клятву и доверие мне, не хотелось ему идти воевать. Угроза миновала, а что там дальше будет, что Смута, может, как-то само образуется. В целом — от него я иного и не ждал. Он все мои действия встречал со вздохом и скрепя сердце.