Патриот. Смута. Том 4

И если с бойцами бывший воевода занимался часа по два в день, то с ними проводил все свободное время. Пояснял, рассказывал, пытался сделать из них не просто медицинских братьев, а достойных полевых медиков.

Конечно, времени было мало, но он старался, как мог. Без лишней теории выдавал базовые понятия в практике. Что и как делать, как помогать и спасать.

За день до отправления вернулись гонцы из Белгорода и Курска. Такие же запыленные и еще больше утомленные, изможденные. Все же восемь дней в седле по пятьдесят верст выдавать с заводными конями не каждая спина и ноги выдержат.

Отчитались, что письма переданы, ответа не получено, ничего с ними воеводы этих пограничных городов не передавали. Встречи были краткие — письма приняли, прочли и просили удалиться. Ночь ночевать и снова в путь, обратно в Воронеж.

Ни на бумаге, ни словами не сообщалось мне ничего от руководителей приграничных городов. Некая смута присутствовала в этих крепостях, что докладывали гонцы. Про казаков с письмами о Царе и победе над Кан-Темиром слухи были.

Слухами земля Русская полнилась.

Идущий из Белгорода отдельно сообщил, что на обратном пути в Осколе говаривали, что к Ельцу три сотни казаков из крепости ушло. Недавно совсем. Дорога там на север есть. По ней примерно столько же, сколько от нас. Может, чуть больше. Но насколько быстрый марш будут задавать люди, идут ли конными или пешими — неясно.

Наконец-то ранним утром дня пятнадцатого, месяца мая с первыми лучами солнца поднялся я со спокойным сердцем и душою полной решимости!

За эти дни Ваньку с сеновала перевел в приемный покой. И ближе, и удобнее, и если дело какое, то под рукой человек. В кафтан облачаться — ерунда, а вот с доспехом — вдвоем сподручнее. Недаром рыцари прошлого с собой оруженосцев таскали. Вот таким и становился понемногу Ванька из рядового слуги. Хотя я его сам воспринимал больше, как денщика.

А Ванька и рад был. Только чем ближе был наш день выступления, тем больше нервничал он. Боялся.

Я спустился в приемный покой.

Слуга суетился уже. Его слегка потряхивало от страха. Еда была уже готова. Слуги в тереме готовились с вечера. Все уже знали, что войско выступает рано утром. Готовились к отправлению загодя.