Патрульный

Я делал то, что должен был делать, потому что отправлять в такой опасный поиск неподготовленных мальчишек просто не мог. Они бы с уровнем своих знаний так и остались у соседей, шансов в таких условиях у них просто не было.

Никто бы им не предоставил лучшего спеца по оборудованию слежения и невидимости, и им бы пришлось действовать в рамке своих знаний, то есть приближаться ближе, чтобы рассмотреть и возможно быть обнаруженными. В нашем случае произошло почти также, но и шансов у нас было больше, что мы блестяще продемонстрировали.

Ничего, посмотрим кто окажется прав.

Несмотря на то, что мы вышли с краю системы под сферой невидимости нас засекли мгновенно и облучили узким лучом прямой связи.

— Неизвестный корабль, говорит дежурный диспетчер Третьего Флота лейтенант Амнус, база Немгур. Ваш Искин не считывается. Представьте информацию, в ином случае вы будете уничтожены.

Передача шла с флотской космической станции которую местные военные использовали как базу. Честно говоря, я и забыл что детекторы Хоттабыча были отключены с момента перехода границы, поэтому мгновенно врубил все системы и ответил на вызов, включив монитор.

— На связи корвет «Волька ибн Алёша», временно приписанный к наемной эскадре «Перун». Командир флаг-майор Кремнев. Только что вернулся из дальнего разведывательного поиска, имею повреждения.

— Дежурный офицер линкора «Петр-первый», отрад «Перун», лейтенант Власов. Подтверждаю данные с корвета «Волька ибн Алёша».

— «Петр-первый», сообщение принято и задокументировано. «Волька ибн Алёша», в просьбе отказано, передайте управление дежурному Искину базы и ожидайте прибытия сотрудников СБ.

— Диспетчеру базы «Немгур», вас понял, передаю управление и ожидаю прибытия сотрудников СБ.

Проверки я не опасался. Из архивов Хоттабыча все данные были удалены, все хранилось у меня на нейросети. С Хорком была проведена беседа и под протокол была заключена договоренность о молчании до моего прямого приказа. В официальной версии мы проводили разведку охраняемых систем и вели бой с пиратским кораблем. Ну а то, что с Искина вся память за последние две недели были практически удалена, я свалил на близкий разрыв ЭМ-ракеты уничтожившей эти данные.