Патрульный

Все было настолько неожиданно, что можно было и растеряться, но я попадал и не в такие передряги поэтому работал быстро и отчаянно, пытаясь управлять разваливающимся на лету корабликом, но похоже корпус был поврежден еще при захвате транспортным лучом. У меня не было сомнения, что шел он с одной из баз.

Как бы то ни было, чувствуя как содрогается «Волька», как накаляется корпус и как от него отлетают разные детали обшивки я понял, что шансов у нас нет, но я не знал что это еще не все.

— Ракетная атака с поверхности.

Я просто ничего не успел сделать, как опустить вниз руку и дернуть рычаг. Рубка, которая раньше была рубкой бота, отстрелилась специальными пиропатронами из корпуса корвета и, пролетев по инерции буквально километр, выпустила посадочные парашюты. И это все под попадания ракеты в «Вольку», но к моему удивлению корвет не развалился, догадка пронзила меня, когда умерла электроника рубки, и на экране «Призрака» появилась надпись, что мы подвержены ЭМ-воздействию. Оказалось нас обстреляли ЭМ-ракетами, уничтожившими всю электронику.

Не нашей защите тягаться с ракетами Древних. Вон даже нам досталось. Хотя мы были в километре от места попадания.

Корвет продолжил падать, выбрасывая в атмосферу выгоравшие детали корпуса, а мы тихонечко легонечко спускались на трех огромных парашютах на поверхность планеты. Экраны были мертвы, поэтому я не знал, что происходит снаружи.

Отдышавшись и дождавшись пока Симбиот очистит организм от боевых коктейлей, что меня наширял «Призрак», я решил осмотреться, где оказался.

В рубке были небольшие окошечки, поэтому отстегнувшись и привстав, я посмотрел где мы.

— Твою мать! Пустыня!

Вернувшись на место и снова пристегнувшись, я попил немного сока из трубочки и попытался связаться с Батей, но аппаратура «Призрака» похоже банально не дотягивала до ретранслятора, хотя глушения эфира не было и дальность небольшая. Странно. Мысленно протестировав блоки связи «Призрака» я поморщился. Все-таки электромагнитное воздействие сказалось.

Собранные мной лично блоки не так защищенные как сам бронескаф приказали долго жить. Теперь понятно, почему нет связи, хотя я должен был достать до ретранслятора. Ничего, выживу, починю.

Спускались мы еще полторы минут. Пока, наконец, мы не приземлились. Пережив жесткое касание и встряску, я секунд десять подождал, прислушиваясь и ожидая других не приятностей вроде оползня. Но капсула стояла ровно. Отстегнувшись, я подошел к двери и попробовал открыть ее.