Печать Пожирателя (СИ)

И хотя я, «выпив» один из энергокристаллов с живительной силой, попытался её успокоить — получилось не слишком хорошо.

Боль слегка отступила, но череп всё равно будто был сжат стальными тисками, заставляя постоянно морщиться и скрипеть зубами…

Мобиль, в который мы сели, оказался бронированным, тяжёлым, выкрашенным в белый и синий цвета и с мигалками на крыше. Рыкнув турбинами, когда Никитин завёл двигатель, авто поднялось на полметра в воздух и медленно поплыло к отъезжающим воротам.

Следователь молчал, и демонстративно не обращал на меня никакого внимания — даже не смотрел в мою сторону!

Мы выехали на Лиговский проспект, вдоль которого возвышались красивые барочные здания, и устремились на юг.

— Давно вы в органах работаете? — спросил я, уже поняв, что со своим новым умением лучше заходить издалека.

— Десять лет, — коротко ответил следователь.

Сожаление, усталость…

— И как вам служится?

Настороженность…

— В каком смысле?

— Господин Апостолов.

Мужчина скрипнул зубами, и до меня донеслись нотки возмущения, недовольства и зависти.

— В каком смысле… Господин Апостолов?

— Вам нравится ваша работа?

Мобиль свернул и теперь мы двигались вдоль канала, по которому проплывали прогулочные яхты.

— Да, не жалуюсь.

Ложь!

Так-так-так… Кажется, я на верном пути… Эх, жаль, из-за уснувшей Бунгамы нельзя пообщаться с её «квартирантом», Вальтером. Уж он бы сориентировал меня в столь сложном умении чтения эмоций…

— И никогда не хотели большего?

— Что вы имеете в виду… Господин Апостолов?

Теперь до меня донеслась настороженность и опасения — холодные и колючие, отчего по моей собственной спине пробежали мурашки.

А голова вновь затрещала так, будто по ней ударил таран!

— Вы не думали найти занятие вне органов? Стать частным сыщиком, или открыть собственное охранное агенство?

Облегчение…

— Нет, как-то в голову не приходило. Мне нравится помогать людям… Господин Апостолов.

Ложь! Плюс нотка превосходства и радости…

Ладно, сволочь… Сейчас попробуем достать из тебя всё, что ты знаешь…

— Притормозите у аптеки, — попросил я, указав на небольшой кармашек меж двух старых домов с «парижскими» крышами, — Голова раскалывается.

— Не думаю, что у нас есть время… Можете взять в бардачке цитрамон…

— Остановите, — жёстко велел я"

"Спорить следователь не посмел. Пусть от тоже и был дворянином — но имели прямой приказ своего непосредственного начальника содействовать мне. В голове мелькнула забавная мысль, что следователь работал в полиции, а значит — служил народу.