А что я ежедневно в кафе использовала чистые скатерти и полотенца, Сабрина и сама видела. Умный ребенок не стала настаивать купить ей что-то, но чтобы мой отказ не был уж совсем горьким, я купила ей тряпичную куклу и несколько ленточек. Настроение у девчушки поднялось, и она осталась довольна, напрочь забыв про сладости.
В дальнем углу площади была установлена сцена. Сперва на ней давали небольшое юмористическое представление. Главным героем постановки был инквизитор, который сразился с шайкой бандитов во главе с ведьмой и лично бросил ее на костер.
Люди ликовали, а я лишь пыталась удержать на губах натянутую улыбку. Потом на сцену взобрались музыканты, и начались танцы. Папаша Джузеппе то и дело пытался увлечь то меня, то Хильду в танец, но мы обе ругались, что, несмотря на отсутствие гипса, ногу все равно надо поберечь. Мужчина сдался и в итоге просто смотрел со мной на то, как Сабрина кружит в танце с Брунхильдой.
— Из нее получится хорошая мама, — я задумчиво улыбнулась.
— Хильда сказала тебе, да? — мужчина с беспокойством посмотрел на меня.
— Да, сказала, — я улыбнулась отцу.
— Да я думал, как она ответит, так вам и сообщу, — отозвался папаша.
— А она еще не ответила? — я удивленно посмотрела на танцующую сестру Петеголла. Вот же интриганка!
— Нет, сказала, что после праздника, — мужчина с беспокойством посмотрел на меня. — Как думаешь, согласится?
— Уверена в этом, — я успокоила волнующегося папашу.
Мы еще погуляли по площади, папаша купил нам всем по букетику, и мы вернулись к церкви.
Вот-вот уже должны были огласить имена пар. По традиции они выходили на ступени церкви и толпа аплодировала поздравляя. Сейчас объявление задерживалось. И как было слышно из шепотков в толпе, все ждали короля, который должен был якобы благословлять пары. Это было не традиционно и потому для всех очень волнительно.
Но вот на площадь въехала открытая карета. Мне с моего места было совершенно ничего не видно, а Сабрину отец посадил на шею, и она рассказывала все, что происходило в начале площади.
Там сделали коридор из людей. И стражники, и королевская охрана сдерживали толпу, чтобы венценосная особа могла спокойно пройти по расстеленной красной ковровой дорожке. Первым по ней пробежал глашатай, который встал около священнослужителя и во все горло объявил выход короля по всем его именам и регалиям.
Затем из кареты вышел король со свитой. Как мне сказала Сабрина, что из свиты у него только два человека.
