Король все-таки наградил Винченцо имением, и я с радостью уехала из города в деревню. Хотя какая это деревня. Пригород, но вокруг особняка были подаренные королем земли. В общем, я оказалась нерадушной хозяйкой и не привечала мимо проезжающих, которые пытались заехать на огонек под любыми предлогами. Так, из любопытства. То гроза застала, хотя до города было столько же езды, как и до имения от большой дороги. То колесо на карете сломалось. Первых я отправляла восвояси со словами, что мы не принимаем, потому что болеем и боимся заразить гостей.
Вторым ремонтировали, если оно, конечно, действительно было сломано, и отправляли дальше. Хильда говорила, что про меня ходят слухи, один страннее другого, но я перестала на них обращать внимания. Я обустроила имение так, чтобы мне было комфортно. А памятуя слова короля, не хотела привлекать к этим новшествам излишнее внимание. Так про меня говорят, что я зарвавшаяся чудачка, и меня это вполне устраивало."
"Хильда вместе с отцом держат пекарню и кафе. Они выкупили дом по соседству и соединили дворы.
Получилось большое уличное кафе. А в доме на первом этаже сделали обычное, скажем так, зимнее кафе. Второй этаж оборудован под жилые комнаты. Там жили две официантки и две кухарки. В общем, расширили штат работников. Дядюшка перебрался окончательно в пекарню и одну из кладовок сделал плотницкой мастерской. Марко так и спал в комнате, что когда-то оборудовали для отца, когда он со сломанной ногой не мог подниматься на второй этаж. Его все устраивало, и переезжать он не хотел.
Он даже начал ухаживать за одной из официанток. Но та воротила нос от дурачка, пока он ее от грабителей-насильников не спас. Только тогда она по достоинству оценила и присмотрелась к доброму и безобидному пареньку. Если обидит мне Марко, уговорю Хильду и отца уволить ее. Будет знать, как нос воротить от хороших мужчин.
— Ты о чем таком воинственном думаешь? — муж отвлек меня от мысли о мести еще ни в чем не виноватой девушке, которая, может, и не собиралась никого обижать.
— Ни о чем, — я поняла, что, оказывается, сжимала в руках веер, который можно смело было теперь отправлять в утиль.
Деревянное основание обуглилось. — А долго нам еще ехать?
— Ну ты сама ж захотела красивое место, вот я тебя как раз туда и везу,- — отвечает Винченцо, понукая лошадей. Мы сегодня едем на пикник без кучера, только вчетвером. Сабрина почему-то не захотела. Хотя почему это “почему-то”? Ее же оставили за главную на пекарне и кафе, так что она предпочла остаться.
