Пепел Атлантиды

– Пожалуйста, прости за потерянное время. Но я не хотел будить тебя, пока не разрешится ситуация с твоей сестрой. Знаю, ты хотела спрятать ее у «Черного лебедя», поскольку привыкла доверять им …

– Я их часть, – поправила Софи, демонстрируя монокль с оправой в виде лебединой шеи: она получила его несколько месяцев назад, когда принесла клятву. – Как и ваши дети. И жена."

"– И я очень горжусь своей семьей, – сказал Алден. – Но это не меняет того, что «Черный лебедь» в смятении. После потери мистера Форкла, – он приостановился, словно упоминание имени требовало мгновения тишины, – оставшемуся Коллективу нужно время, чтобы привести в исполнение упомянутый им запасной план.

Я говорил с Тирганом сегодня вечером, и он заверил, что «Черный лебедь» будет без устали помогать тебе с поисками родителей. Но он согласен, что в данный момент орден не может предоставить безопасный дом.

– Раз сам Тирган считает, что моя сестра не может остаться у «Черного лебедя», я бы не стала спорить.

– А если бы я сказал, что единственная разумная альтернатива – поселить ее там, где навещать ее будет сложно?

Он указал на кристалл, вставленный в серебряную петельку на колье Софи – эльфийский регистрационный медальон, который отслеживал и записывал каждый шаг.

– Технопат «Черного лебедя» зашифровал сигнал на ближайшие несколько часов. Но постоянно пользоваться этой уловкой не получится, а это убежище – невероятно важная тайна. Ты даже не представляешь, как сложно мне было скрыть этот пятьдесят первый этаж – и как ты думаешь, скоро Совет заинтересуется, почему ты сюда зачастила?

– Если вы думаете, что я брошу сестру одну…

– Нет, конечно, – перебил Алден.

 – Я договорился об опеке – временной опеке, – уточнил он, заметив, как Софи скривилась. – Я не искал постоянных решений, просто попытался создать для твоей сестры безопасную и спокойную среду, пока она не воссоединится с родителями.

– А что потом? – поинтересовалась Софи. – Снова сотрете им память?

– Настолько далеко я не заглядывал. И тебе не стоит, – он коснулся ее руки.

 – Знаю, тебе было больно узнать, что ты стерта, поэтому понимаю, почему не хочешь переживать это снова. Но…

– Дело не только во мне, – перебила Софи, замолкая, чтобы подобрать слова и объяснить то, что она начала постепенно осознавать. – Моя семья уже замешана в этом, хотим мы того или нет. И мне кажется, они должны знать. Может, они поступили бы по-другому, когда услышали «Незримых», будь они в курсе, что за ними могут прийти. Сами подумайте.