Пепел Атлантиды

Покалывания взобрались по руке и распространились по телу, пока все оно не запело гудящей энергией.

– Ты как, Фостер? – спросил Киф, посылая в ее сознание легкий ветерок. – Паникуешь?

– Нет. Просто… – она сглотнула. – Я чувствую притяжение воды. Не знаю, почему. Но оно как будто ползет по венам, пробирается в каждую клеточку, заполняет меня полностью. Ты всегда так себя чувствуешь, Лин?

Та кивнула.

– Поразительное чувство. Ошеломительное.

– Да, – пробормотала Софи, глядя на воду, устремившуюся к ее ботинкам.

– Так, полегче, – слегка усмехнулся Киф, посылая очередной ментальный ветерок. – Нам нужно остановить ливень, а не усилить его – хотя было бы весело звать тебя наводнением Фостер.

– Нам нужно подняться выше, – предупредила Лин, и улыбки пропали. Оттолкнувшись ногами и вскинув руки, она понесла их к бреши так быстро, что уши заложило, а город расплылся в серебряное пятно.

– Кажется, мой желудок остался внизу, – простонал Киф, когда они наконец остановились.

Софи кивнула, сдерживая дрожь.

– Я даже не думала, что купол такой высокий.

Она постаралась не смотреть вниз, на сияющие шпили далеко-далеко внизу – постаралась сосредоточиться на темном ливне, который ревел вокруг, хотя Лин держала их в сухости и сохранности, раздвигая воду подобно шторам.

– Ты начинаешь уставать, – заметил Киф, когда рука Лин начала дрожать.

Лин пискнула.

– Ух ты! Прямо как… как летний ветерок в голове.

– Помогло? – поинтересовался Киф.

– Просто потрясающе, – на лице ее появилось блаженное, умиротворенное выражение, но оно пропало, стоило посмотреть на урон, нанесенный Руем. Темный разрыв в силовом поле растянулся на полгорода, и отовсюду прибывала бурлящая вода, настолько безжалостная и неумолимая, что здания трескались.

– Ты уверена, что сдержишь ее? – спросил Киф.

Лин стиснула зубы.

– Придется.

– Я помогу, чем смогу, – пообещала Софи, переплетая с ней пальцы и посылая свежий прилив покалывающего тепла.

– И я, – присоединился Киф. – Любой ценой.

Дело было не только в спасении Атлантиды. Не только в невинных жизнях, поставленных на кон.

Они должны были доказать Гизеле, что она их недооценила. Что они не позволят ей победить.

– Ладно, – произнесла Лин и глубоко вздохнула. – Была не была.