Пепел Атлантиды

– Тогда почему программу отменили? – спросила Эми.

– Потому что люди не всегда использовали наши дары так, как должны были, – пояснил Квинлин. – Зачастую с помощью полученных знаний они создавали оружие, химикаты, делали другие опасные открытия. В конце концов мы поняли, что в программе есть серьезные изъяны, и что мы приносим обоим мирам больше вреда, чем пользы.

– Давно это было? – спросила Софи.

– Не так давно, как ты думаешь, – ответила Ливви. – В ваших человеческих школах вам, наверное, рассказывали про ужасные бомбы, которые люди сбросили, чтобы закончить их последнюю «мировую войну».

– Некоторые говорили, что все сведения были достаточно базовыми, и люди сами бы их обнаружили, – добавил Алден. – Но Совет не мог игнорировать такие катастрофические жертвы – особенно учитывая, что люди могли все повторить.

– Ограм тоже не понравилось, что благодаря нам люди стали большей угрозой, – добавил Квинлин.

– И гоблинам тоже, – заметил Сандор. – Насколько я помню, моя королева пригрозила отозвать всю военную поддержку, если программу не закроют.

– И именно поэтому никто не должен знать, что ты здесь, – обратилась Ливви к Эми. – Вступать с людьми в контакт категорически запрещено – хотя наш орден считает, что это ошибка. Это одна из причин, по которой мы отдали Софи на воспитание людям.

Эми не смогла выдавить из себя ничего, кроме «Мм», и Софи ее понимала. За время, проведенное в Забытых городах, она слышала историю по частям, но еще ни разу картинка не складывалась так четко.

– Мда, – сказала Ливви, – как-то… мрачновато стало.

– Да, – согласилась Эми, не сводя взгляда с серебристо-синего города.

– Ты как? – спросила ее Софи.

– В порядке. Просто пыталась представить, каково бы было, если бы вам не пришлось затапливать город.

– Я тоже часто пытаюсь это представить, – призналась Ливви, – но никогда не знаю, с чего начать. Пути наших рас так давно разошлись…

– Думаю, можно точно сказать, что мир был бы совсем другим, – добавил Квинлин.

– Лучше, чем сейчас? – спросила Эми.

– Дружба в целом лучший образ жизни, – согласился Алден. – У раздора и войны всегда есть цена.

– Но лучше не скорбеть о том, что нельзя изменить, – тихо сказал Квинлин. – Нравится нам это или нет, но люди нас предали и вынудили пойти другим путем.

– Не волнуйся, мы тебя не виним, – заговорила Ливви, заметив расстроенное выражение лица Эми.