Пепел на обелиске

Огромные створки ворот медленно разошлись в стороны, и перегруженный бот мягко выскользнул в объем. Пробежав взглядом по высветившимся красным показателям, Влад тихо сказал:

— Перегруз на семнадцать процентов от максимально допустимой массы. Плевать. Нам на нем не кататься.

— Это верно, — кивнул Альказ, задумчиво вертя в когтях пульт дистанционного взрывателя.

— Дерутся, — сказал Влад, указывая на схватку у аномалии.

— Пусть дерутся. На нас меньше внимания, — равнодушно отозвался генерал.

— Тоже верно, — кивнул разведчик, закладывая аккуратный вираж, чтобы обойти место боя.

Включив камуфляж, Влад на малой тяге подвел к аномалии бот и, дождавшись, когда из нее вывалится очередной корабль иных, направил свой кораблик прямо в середину пятна. Работавший на максимальном усилении имплант левого глаза показал зеркально ровную поверхность. Это означало, что очередной корабль еще не начал переход на эту сторону. Такое усилие вызывало у разведчика острую головную боль, но он не обращал на нее внимания.

— Для меня было честью, иметь такого врага, и такого союзника, — неожиданно услышал Влад.

Сообразив, что сказано это было не вербально, а мысленно, разведчик чуть сосредоточился и, собравшись с мыслями, ответил:

— Такой враг и такой союзник как вы, честь для любого воина.

— Пора, — сказал Альказ, протягивая ему взрыватель, зажатый в острейших когтях, и развернув его лицевой стороной к Владу.

Не забирая у него пульт, разведчик быстро набрал нужную комбинацию цифр, активируя взрыватель и детонаторы.

— Я готов, воин, — кивнул Альказ.

Нос бота погрузился в зеркало аномалии, и Влад, тихо выдохнув:

— Твою мать! — с силой нажал на кнопку подрыва.

Взрыв пятна аномалии оказался сравним по мощности со взрывом небольшой сверх новой. Электромагнитный импульс на несколько секунд отключил ретрансляторы даже в зоне обитаемой галактики. Спустя две недели, пять кораблей из всей эскадры экспедиционного флота добрались до базы на орбите планеты «Спокойствие».

Снегоход не спеша перевалил через высокий сугроб и, подкатив к стеле из странного, угольно-черного камня, остановился. Из машины выбрался крепкий, огненно-рыжий парень и, обойдя кабину, осторожно открыл пассажирскую дверь.