Пепел

Малого того, что на носу стояла Мавери, так и сам Эш тоже находился на носу. На носу корабля. Корабля, идущего посреди бескрайнего океана. Прием флаг, развевающийся на мачте, был вовсе не Мистритским. Белый скелет, одетый в рваную юбку — знак Рейки — самого отъявленного пирата Семи Морей.

— Демон со мной потанцуй, я на пиратском судне, — прохрипел Эш.

— Мы, — поправила фея.

— Демон со мной потанцуй, мы на пиратском судне, — поправился волшебник.

За бортом игрались дельфины, в небесах кружили чайки, на верхней палубе кипела жизнь и к Эшу шел какой-то могучий мужик с золотыми серьгами в ухе и ятаганом на поясе.

Все что оставалось Эшу, это с растерянной улыбкой протянуть:

— Как все интересно.

Где-тоЭти земли не знали ни жаркого света Ирмарила, ни охлаждающих ласк Миристаль.

Здесь никогда не звучали песни лесных эльфов, не лился хнес их темных собратьев. Не были слышны молоты суровых дфорфов, не стонал ароматы тролличьих явств. Здесь не ступала нога человека и не сверкали глаза-бусеньки свободолюбивых орков. Нет, в этих землях не было ничего, присущего жизни. Здесь не было и самой жизни. Только тьма.

Не та тьма, которая расцветает, стоит только погасить светильник или спуститься в древний склеп. И уж точно не та тьма, которая властвовала в стенах Грэвен’Дора. И не та тьма, что опускает на безымянную планету, когда Имарил прячется в западных водах Семи Морей.

Нет, это была другая тьма.

Живая тьма.

Опасная тьма.

Жадная, беспощадная и бескомпромиссная Тьма.

А в центре её лежал гранитный гроб, на крышке которой была запечатлена фигура спящего воина, облаченного в доспехи из мрака. Он крепко сжимал будто живой и голодный, черный меч. И в то время, пока первая часть легенды подходила к концу, по фигуре ползла пока еще тонкая трещина.

Тьма просыпалась."