Пепел (СИ)

Зрители медленно подтягивались, но не особо шибко, словно сегодня все предпочли остаться дома или прогуляться на свежем воздухе.

– Надеюсь, это не ужастик, – произнесла, снимая пальто. И в тот момент, когда я повернулась к Вите в новом, так сказать, образе, он снова замер. Взгляд его потемнел, будто наполняясь неподдельным интересом, необузданным желанием.

Я уже хотела сесть обратно на кресло, как в соседний ряд прошла мужская компания. Один из незнакомцев остановился, не доходя до наших мест, зачем-то улыбнулся мне и махнул рукой.

Я невольно отвела взгляд, внимание неизвестного, вроде, и льстило, но от него сделалось не по себе.

Витя тоже оглянулся, губы его свелись в тонкую нить.

– И тебе привет, добрый самаритянин, – кинул Шестаков, судя по всему тому парню, махнув ему в ответ рукой.

Я не особо понимала, что происходит, но все-таки поспешила сесть, тем более свет потихоньку начал затухать. Взяв с пола ведерко с попкорном, глянула на Витю и тихо спросила, любопытно же:

– Нет, – спокойно ответил он, расставив широко ноги.

– Понятно, – прошептала. Я, конечно, не самая глупая девушка в мире, но резкую перемену настроения понять не смогла. Мне хотелось продолжения сказки, улыбок, веселых диалогов, а не давящей атмосферы, словно я совершила какое-то противозаконное действие.

Чтобы исправить положение, я искренне пыталась задавать Вите всякие вопросы, все равно пока шли трейлеры будущих новинок, в некоторых моментах даже пробовала шутить, но вышло настолько нелепо, самой сделалось стыдно.

Однако Шестаков не спешил возвращаться в прежнее русло, он односложно отвечал, а то и вовсе никак не реагировал.

В итоге просидели мы два часа в полном молчании, хотя, как еще можно сидеть в кино, спросите вы? И если люди в зале поняли, о чем был фильм, я же вышла в абсолютном неведении: ни одного кадра не запомнилось. Так и сидела как на иголках, не понимая, почему Витя вдруг выпустил колючки.

После сеанса в узком коридорчике, ведущем из зала в холл, мы вновь столкнулись с теми парнями.

В этот раз никто никаких действий не предпринял, они молча прошли мимо. И тут случилось чудо, не иначе: Витя внезапно оживился. Подменили его что ли на время сеанса?..

– Ого, кто заговорил, – не удержалась я, накидывая пальто в шумном коридоре.

– А ты истосковалась по моему голосу? – дразнящим тоном произнес Витя, улыбнувшись.

– Хуже, – постаралась отшутиться я. Хотя с шутками дела у меня обстояли из рук вон плохо.