Пепел (СИ)

Рит, – позвал томным голосом Витя. Я замерла, ощущая, как жар расползается по грудной клетке, опускаясь ниже к бедрам. Неизведанное и манящее чувство заставляло тело вибрировать, пребывать в сладком томлении.

– Помнишь, в садике я тебе сказал, что ты – моя?

– Угу, – прикусив губу, шепнула в трубку. Как такое можно забыть? Будто вчера было, жаль мы повзрослели слишком быстро.

– Не забывай об этом.

Хотелось сказать, что я и не забывала, но смущалась до кончиков волос признаться, да и сердце шалило, наворачивая круги на высокой скорости.

Однажды наберусь смелости и обязательно расскажу, как засыпала, представляя его рядом.

– Ладно, пойду я, а то еще войду во вкус, захочу к тебе. Придется потом маяться от бессонницы.

– Я напишу чуть позже. Отдыхай.

– Буду ждать, – он понизил голос до шепота, и эта фраза прозвучала до того сексуально, что я невольно смутилась от собственных мыслей. Хорошо еще шкаф и вещи прятали мое лицо, иначе бы точно умерла со стыда.

Со свиданием у нас никак не клеилось.

Какой-то парень из «Воронов» умудрился устроить драку в публичном месте, и тренер решил наказать всю команду. Он поставил им дополнительные часы тренировок, порой оставлял после них, заставляя читать разные выдержки из законов о драках в общественных местах. Плюс Витя, как оказалось, ходил к репетитору, и из-за Рыжова ему пришлось сдвинуть занятия на вечернее время. Одним словом, между нами стояла тысяча препятствий.

Так наступила пятница.

Поход на дискотеку мы не обсуждали, то ли Шестаков решил, что я иду как само собой разумеющееся, то ли он замотался, что просто этот момент вылетел из головы. Я уже даже подумала, что Витя никуда не пойдет или, в крайнем случае, Рыжов им поставит очередную тренировку. Но под конец учебного дня случайно услышала, как парни обсуждали вечер танцев, и как Шестаков принимал в этом обсуждении активное участие.

Я пыталась отмахнуться от назойливого червячка, что продолжал зудеть в сердце, однако когда в туалете стала свидетелем разговора девчонок, настроение окончательно упало.

Красивые платья, каблуки, прически, кто-то планировал даже пойти в парикмахерскую.

Сидеть в закрытой кабинке и слушать их восторженные возгласы, а там еще в контексте не раз употреблялось имя Вити, было до слез обидно. Я ведь тоже хотела станцевать с ним под медленную лирическую композицию, надеть летящее шелковое платье, накрасить губы.