Пепельная земля

Вот и исчезли бесследно в лесу две бандитские группы, имевшие неосторожность отойти от привычного маршрута. Хотя, надо сказать, это даже сыграло нам на руку. Бандюки стали выезжать из города и лагерей не меньше чем двумя-тремя десятками человек. И, как следствие, частота их поездок здорово сократилась. Странное дело, но они даже и не пытались искать своих пропавших товарищей. Правда, охрану лагерей существенно усилили. И входы-выходы из Рудного тоже стали контролировать тщательнее. Слегка поприжали хвосты наиболее бестолковым и отмороженным соратникам.

Бесцельное брожение по городу и округе резко пошло на убыль. Приспособив для своих целей бывшие казармы инженерного и артиллерийского дивизионов, бандюки перевели туда львиную долю своих сил. Даже начали проводить какие-то учения. За всем этим чувствовалась чья-то умная и соображающая голова. Сценарист? Вряд ли... тут скорее был кто-то, имевший армейский опыт. Резко усилилась работа на угольном разрезе, обслуживавший его лагерь прибавил в численности почти вдвое. Да и людей там стали менять чаще – раз в неделю, а не как раньше – через двадцать дней.

Отгородили в городе специальный квартал, где разрешали жить сменившимся. Туда, на время их пребывания в городе, приходили из своих лагерей семьи и родственники. Система начала потихоньку совершенствоваться, приобретать какую-то стройность и законченность. По полученным нами сведениям, рассматривался вопрос и о частичном возвращении в села их жителей. Все верно, скоро потеплеет и надо будет что-то думать о продовольствии.

Точнее – о его нехватке. Хлеба тут отродясь не растили – климат не тот, а вот всякое огородное хозяйство было очень даже развитым. Да и с животноводством можно было как-то прожить. У бандитов, а скорее – у их руководства, хватило ума не пустить под нож всю имевшуюся в деревнях живность. Даже пастухов при стадах оставили, забрав, правда, с собою их семьи. Как гарантов лояльности. Ну да здесь они лоханулись... те самые пастухи и стали нашими информаторами, причем даже уговаривать не пришлось никого. В город они могли и должны были приходить, чем мы и не замедлили воспользоваться. Периодически пастухи отгоняли туда скот на убой и, возвращаясь, приносили нам свежие новости.

Наконец через полтора месяца мы были готовы к выступлению. Скрытно подогнали в район выбранного нами лагеря полтора десятка танков. Танк и скрытность, казалось бы, понятия несовместимые. Однако... так только казалось.