Пепельная земля

И все! Думаете, у меня для этого недостаточно оснований? Так тут к вам претензий – выше крыши! И не только у меня. Или у вас есть еще какие-то предложения?

– И чего я буду с вами делать?

– Сложим оружие и уйдем отсюда.

– Чтобы вскорости вернуться назад... Хренушки, ребятки, я из детсадовского возраста давно уже вышел!

Бандиты переглядываются.

– Отчего ж тогда вы не стреляете?

– Снаряды берегу. Сейчас подойдет огнеметный танк (у нас такого не было, но ведь и бандиты об этом ничего не знали) и спалим тут все к чертям свинячьим.

На лицах парламентеров растерянность, они такого подхода явно не ожидали.

– А за каким рожном он мне уперся?

– Но... так ведь нельзя!

– Слышь, Николаич, – трогает меня за рукав подошедший Ванаев. – Может, отберем перед этим пару сотен на уголек? Тех, что покрепче. Больше нам вроде бы и ни к чему?

Этот момент мы с ним специально обговорили заранее, но сейчас это выглядит совершенно естественно. С сомнением оглядываю парламентеров.

– Да они тебе наработают... Опухнешь подгонять!

– Мы готовы! – вскидывается первый парламентер.

– Да? – еще раз оглядываю собеседников. – Ну... хрен его знает... Трофим! С тебя спрос будет!

– Разберемся... – зловеще произносит тот.

– Значит, так! – ставлю точку в разговоре. – Главарей мне сюда! Живыми! За каждого мертвого главаря – пятьдесят человек к стенке! Потом выходите из зданий. Группами по десять человек. Оружие выносите с собой и складываете на площади. После этого подходите в тот угол. Там вас обыскивают и сажают на землю.

– А если их того... снарядом там или еще чем прихлопнуло уже?

– Тогда кому-то не повезло! Все, ребятки, разговор окончен! Танк подъедет минут через двадцать или чуток позже. Как он выйдет на площадь – все мои предложения отменяются.

Бандиты понуро топают назад.

Проводив их взглядом, Трофим поворачивается ко мне:

– Не шибко ты их? Там же еще с полтыщи их точно есть!

– Может быть, и побольше, – разглядывая окна зданий в бинокль, отвечаю я.

– На площади лежат сотни четыре, это уж как минимум. Да в казармах тоже сколько-то покосили. В лагере сотня, да смена ихняя... Полагаю, их существенно меньше уже осталось. Но уж точно – не пятьсот человек, сотен семь-восемь, я думаю...

– Командир! – снова окликает меня кто-то из бригадиров. – Ты глянь, опять бандюки парламентера прислали!

Помахивая в воздухе куском простыни, по плацу неторопливо идет человек.